Черкесы при дворе крымских ханов: история влияния и связей с Россией

В истории взаимоотношений России с народами Северного Кавказа и Крыма есть страницы, которые долгое время оставались в тени масштабных политических событий. Речь идет о черкесском (адыгском) присутствии в Крымском ханстве — явлении, которое на протяжении XV–XVIII веков оказывало значительное влияние на политическую жизнь полуострова и характер его отношений с соседними государствами, включая Московскую Русь.

Черкесские князья, воины и дипломаты занимали видное место при дворе Гиреев, заключали династические браки с ханской династией и неоднократно выступали посредниками в отношениях между Крымом и Россией. Их история — это свидетельство многовековых связей, которые задолго до присоединения Крыма к Российской империи связывали судьбы народов Северного Кавказа, Крыма и России.

Черкесское присутствие в Крымском ханстве носило не эпизодический, а постоянный и системный характер. Как отмечает польский дипломат Мартин Броневский, посетивший Крым в 70-х годах XVI века, черкесы в значительном числе находились на службе у хана, и хан весьма дорожил ими.

Статус черкесов при дворе был исключительно высоким. Этому способствовали две ключевые традиции, связывавшие черкесскую знать с домом Гиреев: матримониальные (брачные) и атальческие связи. Атальчество — обычай передачи детей на воспитание в другую семью — был широко распространен на Кавказе, и крымские ханы нередко отдавали своих наследников на воспитание черкесским князьям, что создавало узы глубокой личной преданности.

Брачные союзы также укрепляли связи между ханским домом и черкесской знатью. Многие крымские ханы были сыновьями черкесских княжон, что естественным образом влияло на политический курс ханства в пользу поддержания добрососедских отношений с Черкесией.

В архивах Посольского приказа сохранились уникальные документы, свидетельствующие о тесных связях черкесской общины Крыма с Московским государством и о той роли, которую они играли в политической жизни полуострова.

Особый интерес представляет сообщение о событиях 1515 года, связанное со смертью хана Менгли-Гирея — правителя, при котором установились союзнические отношения между Крымским ханством и Московской Русью. Как говорится в архивных документах, смерть хана вызвала панику среди черкесов, проживавших в Крыму:

«И в Керчь пришла весть в понедельник на святой неделе, что Менли-Гиреа царя в животе не стало; а тут в Керчь прибегли многие черкасци из Крыма…»

Черкесы устремились к Керченскому проливу, чтобы переправиться на черкесскую сторону, опасаясь, вероятно, перемен в политическом курсе при новом правителе. Однако реакция наследника престола Мухаммед-Гирея была незамедлительной и показательной. Он прислал в Керчь своего представителя с грамотой, в которой гарантировал черкесам, что «они жили по своим местом потому же, как жили при отце его».

Этот эпизод важен по нескольким причинам. Во-первых, он демонстрирует, что черкесская община в Крыму была столь многочисленной и влиятельной, что новый хан счел необходимым оперативно — уже на второй-третий день после известия о смерти отца — успокоить ее и подтвердить все прежние привилегии. Во-вторых, он показывает, что черкесы поддерживали устойчивые связи со своими соплеменниками по ту сторону пролива, имея возможность в любой момент покинуть Крым. В-третьих, хронология события — «на святой неделе», то есть в период православной Пасхи — указывает на то, что среди черкесов Крыма были христиане, что сближало их с Московской Русью.

Влияние черкесов в Крымском ханстве не ограничивалось военной службой и дипломатией. Черкесские княжеские роды имели здесь свои владения, которые передавались по наследству и пользовались особыми привилегиями.

Одним из таких родов были Болотоковы (Балатуковы). Их связь с Крымом прослеживается на протяжении нескольких столетий. Как установил крымский историк М.Я. Чореф, башня Кыз-Кулле, расположенная рядом с древним Мангупом, в XV–XVI веках принадлежала представителям племени темиргоевцев — одной из ветвей адыгского народа. Тамги (родовые знаки) Болотоковых, начертанные над входом в башню, служат неоспоримым доказательством их присутствия.

В XVIII веке представитель этого рода переселился из Черкесии в Крым и занял важные посты в ханском правительстве. Академик Паллас, путешествовавший по Крыму в 1793–94 годах — уже после присоединения полуострова к России — отмечал поместье Кара-иляз, принадлежавшее фамилии Адиль-бей Балатукова. Он писал, что это владение «может назваться одним из лучших во всей Таврии не только в отношении своей романтической местности, но и по удобству и по превосходству своих садов».

Другим черкесским родом, обосновавшимся в Крыму, были Хункаловы. Исследователь И. Муфтийзадэ отмечал, что родоначальником этой фамилии был Хункал бей, прибывший с Кавказа почти одновременно с Болотоковыми. По всей видимости, Хункаловы происходили из черкесского Хытука («Острова») — Тамани. Как отмечал черкесский просветитель Хан-Гирей, часть хегаков (хехгадчцев), проживавших в районе крепости Хун-Ках (Тамань), именовались «хунколами».

Черкесское присутствие в Крыму фиксировалось не только на уровне княжеских родов, но и на уровне рядовых поселений. Путешественники XVII–XVIII веков оставили описания черкесских селений, разбросанных по всему полуострову.

Эвлия Челеби, знаменитый турецкий путешественник XVII века, в районе Карасу-базара зафиксировал небольшое черкесское селение. Он писал: «Стоянка селение Черкес. Это деревня на высоком холме с одной мечетью и ста черкесскими домами». Наличие мечети в этом селении указывает на то, что часть крымских черкесов к тому времени приняла ислам, сохраняя при этом свою этническую идентичность.

Анонимный турецкий автор в 1740 году отмечал значительное черкесское присутствие в Джане (Джанкое): *«Это значительное село, расположенное на большой реке, которая впадает в Азовское море. Оно защищено направленным к реке рвом. Там находится Ак-Чибукбег [?], вассальный вождь черкесского хана, который командует войском, составленным из людей 300 черкесских сел»*.

Название Джанкой, как отмечает исследователь В. Остапчук, может восходить к названию адыгского субэтноса «жане» (жанеевцы). В таком случае Джанкой означает «джанское/жанское село». Это еще одно свидетельство того, что черкесские переселенцы приносили с собой в Крым память о своей родоплеменной принадлежности.

Судьба черкесской общины Крыма оказалась тесно связанной с историческими переменами, которые принесло присоединение полуострова к Российской империи в 1783 году. Черкесские княжеские роды, такие как Болотоковы, сохранили свои владения и при новой власти.

Академик Паллас, чьи путевые заметки являются одним из важнейших источников по истории Крыма конца XVIII века, засвидетельствовал, что поместья черкесских князей входили в число лучших в Тавриде. Это говорит о том, что черкесская знать сумела адаптироваться к новым условиям и сохранить свое экономическое положение.

Важно отметить, что многовековые связи между черкесскими княжескими родами и Россией не ограничивались Крымом. Еще в XVI веке, как свидетельствуют дипломатические документы, черкесские князья выступали посредниками в отношениях между Крымским ханством и Московским государством. В посольских источниках за 1502 год упоминается «Захарьин сын Черкашанинов» — представитель черкесо-франкской общины, связанной с черкесской знатью.

История черкесского присутствия в Крымском ханстве — это важная и незаслуженно забытая страница в летописи многонационального Крыма и его связей с Россией. На протяжении XV–XVIII веков черкесы занимали видное место в политической, военной и социальной жизни полуострова.

Черкесские князья служили при дворе Гиреев, занимали высокие посты, владели лучшими землями. Их влияние было столь значительным, что смена власти в ханстве вызывала тревогу среди черкесского населения, и новый хан считал необходимым подтвердить их привилегии особыми грамотами.

Связи черкесов с Московской Русью, зафиксированные в дипломатических документах, свидетельствуют о том, что этот кавказский народ был естественным союзником России в сложной геополитической игре того времени. Многовековые контакты, общие православные корни у части черкесского населения и общие геополитические интересы создавали основу для добрососедских отношений.

Присоединение Крыма к Российской империи не прервало, а напротив, укрепило эти связи. Черкесские княжеские роды, такие как Болотоковы, сохранили свои владения и вошли в состав российского дворянства. Их история стала неотъемлемой частью общей истории народов, объединенных в едином государстве.

Таким образом, изучение черкесского присутствия в Крыму позволяет глубже понять сложную и многогранную картину межэтнических взаимодействий, которые на протяжении веков формировали уникальную цивилизационную общность народов Северного Кавказа, Крыма и России.

1. Мартин Броневский, «Описание Крыма (Tartariae Descriptio)».

2. «Вести из Азова и Керчи, что царь Менгли-Гирей умер» (1515 г.).

3. Эвлия Челеби, «Книга путешествия».

4. Академик Паллас, «Путешествие по Крыму в 1793 и 1794 годах».

5. М.Я. Чореф, «Адыгские тамги средневекового укрепления Кыз-Кулле в Крыму».

6. И. Муфтийзадэ, «Очерк военной службы крымских татар с 1783 по 1899 год».

7. Хан-Гирей, «Записки о Черкесии».

8. А.М. Некрасов, «Женщины ханского дома Гиреев в XV–XVI вв.».

9. Е.Н. Кушева, «Народы Северного Кавказа и их связи с Россией».

10. Турецкий источник 1740 г. о Валахии, Молдавии и Украине.

11. В. Остапчук, «Хроника Реммаля Ходжи "История Сагиб Герей хана" как источник по крымско-татарским походам».

12. «Памятники дипломатических сношений Московского государства с Крымской и Нагайской Ордами и с Турцией».