Как советские учёные спасли эпос, который старше пирамид

Представьте себе 1945 год. Война только что закончилась. В Абхазию приезжает осетинский профессор Василий Абаев. Он заходит в горное село и спрашивает старого кузнеца Лумуна Авидьбу: «Знаете ли вы что-нибудь о нартах?» И слышит в ответ фразу, которая станет легендарной: «Нартов знают все» .

Именно так, с удивления и гордости, началось то, что позже назовут советским нартоведением. В 1920–1950-е годы в Абхазии, Осетии, Кабардино-Балкарии, Чечено-Ингушетии и Карачаево-Черкесии развернулась грандиозная работа по спасению эпоса, который мог исчезнуть навсегда.

До революции нартские сказания записывали энтузиасты-одиночки. После — за дело взялись государственные институты. В каждой республике были созданы научно-исследовательские центры: Абхазский институт языка, литературы и истории им. Д. И. Гулиа, Северо-Осетинский НИИ, Кабардино-Балкарский, Чечено-Ингушский, Карачаево-Черкесский. У эпоса появился дом — и штат сотрудников, которые годами ездили по горным аулам, находили последних сказителей и записывали их на бумагу и магнитофон .

В Осетии в 1940 году даже создали специальный «Нартовский комитет», куда вошли секретари обкома, наркомы и учёные. На издание эпоса в двух томах просили 550 тысяч рублей — по тем временам огромные деньги. В состав комитета входили 26 человек, из которых лишь 11 были учёными и писателями, остальные — партийные руководители. Это показывает, насколько серьёзно государство относилось к делу .

Переломным моментом стал 1962 год. В Сухуме и Москве одновременно выходит сводный текст абхазского нартского эпоса на языке оригинала и в русском переводе. Над ним работали три выдающихся учёных: Ш. Д. Инал-ипа (тот самый аспирант, который в 1945-м сопровождал Абаева по абхазским селам), К. С. Шакрыл и народный поэт Абхазии Б. В. Шинкуба .

Книга разошлась с необыкновенной быстротой, «несмотря на большой, почти массовый тираж». Стало ясно: эпос нужен не только учёным, но и читателям .

В том же году в Осетии выходит первый поэтический перевод на русский язык — «Нарты: Эпос осетинского народа». Его готовили В. И. Абаев, Н. Г. Джусов, Р. А. Ивнев и Б. А. Калоев. В книгу вошли 62 сказания .

Собирание эпоса шло параллельно с его научным осмыслением. В 1956 году в Орджоникидзе (Владикавказе) прошло первое всесоюзное совещание по нартскому эпосу. А в 1963 году в Сухуми собралась конференция, которая окончательно закрепила статус нартиады как общего достояния народов Кавказа. На ней выступили учёные из Абхазии, Осетии, Кабардино-Балкарии, Чечено-Ингушетии, Карачаево-Черкесии, Дагестана и Южной Осетии .

Именно после этой конференции появилась та самая книга «Сказания о нартах — эпос народов Кавказа» (1969), которую вы сейчас читаете. Она стала итогом почти двадцатилетней работы институтов по всей стране.

Советский период сделал невозможное: он превратил устную традицию, умиравшую вместе с последними сказителями, в текст. Если бы не эти экспедиции и институты, многие варианты нартских сказаний — особенно абхазские и вайнахские — могли исчезнуть бесследно.

Конечно, у этой эпохи была и обратная сторона: идеологический контроль, необходимость «подгонять» тексты под ожидания цензуры. Но главное было сделано. Эпос, который тысячелетиями жил в горах, вошёл в книги, архивы и научные исследования — и остался с нами.

Сегодня, когда мы открываем любой сборник нартских сказаний, стоит помнить: за каждой страницей стоит чья-то экспедиция, чей-то магнитофон, чей-то вопрос, заданный старому горцу: «А вы знаете нартов?»