Запорожское казачье войско на Кавказе
Чтобы оградить наши южные пределы, а в особенности Новороссию, от хищнических набегов черкес, переводится на Кубань в 1792 году принесшее покорность Запорожское казачье войско.Оно селится на степном пространстве между Доном и Кубанью, сорока отдельными куренями, которое с приселением к ним впоследствии нескольких тысяч малороссийских семейств и составило станицы «Черноморского казачьего войска», носившего это название до 1860 года.
Спустя шесть лет селятся, начиная от пределов Черномории вверх по Кубани, три взбунтовавшихся Донских полка. Из них составляются Кавказский и Кубанский казачьи полки 468.
Одновременно с этим переводятся на Кубань, охранявшие между Ставрополем и Екатериноградом почтовую дорогу, Хоперские казаки в станицы Барсуковскую, Невинномысскую, Беломечетскую и Баталпашинскую.
С обращением впоследствии селений Ставропольской губернии в казачье сословие и с новым переселением из внутренних губерний государственных крестьян, образуется «Кубанская кордонная линия».
Таким образом, с первыми годами настоящего столетия, хищные обитатели Западного Кавказа были опоясаны рядом станиц, постов и укреплений, расположенных на самой Кубани. Начиная же с тридцатых годов, не только черноморские, но и линейные казаки уже ограждали своими станицами и постами, на несколько десятков верст, сельское население. Сверх того, находилось значительное число укреплений впереди Кубани.
Несмотря на это, хищничества и набеги закубанцев зачастую совершались в пределах вооруженного казачьего населения. Но об этом речь впереди. Теперь же рассмотрим с некоторою подробностью состояние, до 1860 года, Черноморской кордонной линии, правого фланга Кавказской и Черноморской береговой линии, а равно отправление на них службы как казаками, так и регулярными войсками.
«Черноморская кордонная линия» простиралась по Кубани слишком на 260 верст, начиная от устья одного рукава этой реки в Черное море, до впадения в нее, с левой стороны, Большой Лабы. Она, возникнув вместе с переселением с Днепра запорожских казаков, в описываемый период состояла из станиц и постов, расположенных по Кубани, а также укреплений, как на этой реке, так и впереди ее находящихся.
Расположенные по Кубани станицы были следующие: Стеблиевская, Титоревская, Андреевская, Сенная, Ивановская, Новомышастовская, Елизаветинская, Мариинская, Пашковская, Корсунская и Васюринская. Все эти станицы, по преимуществу четырехугольной фигуры, были обнесены значительной профили валом, обложенным колючкою, и окружены рвом, а по углам имелись тур-бастионы, из которых некоторые были вооружены чугунными, на безобразных крепостных лафетах и без платформ, — орудиями.
Для охранения сообщения между станицами, а равно обеспечения самых станиц от нечаянного нападения неприятеля, были расположены по Кубани, или в некотором расстоянии от этой реки, по дорогам разной величины посты.
Число и величина постов между станицами зависели от местности. Чем местность была пересеченнее и закрытее, тем более постов находилось на меньшем расстоянии и тем сильнее был на них караул потому что, на такой местности приходилось выставлять днем более пикетов, а ночью посылать более секретов. А такое отправление кордонной службы считалось самым надежным как против закубанцев, так и против других хищных обитателей Кавказа.
Независимо станиц и постов, на Кубани находились укрепления Варениковское, Ольгинское и Алексеевское, прикрывавшие переправы через эту реку к натухайцам, шапсугам и бжедухам. Из Варениковской пристани можно было проехать на берег Черного моря, в Анапу. Из Ольгинского тет-де-пона вела дорога на Абинское укрепление, отстоявшее от Кубани верстах в тридцати. Посредством Алексеевской переправы производилось сообщение с Афипским укреплением, отстоящим от Кубани верстах в пятнадцати. Но, с уничтожением в 1854 году, вместе с прочими укреплениями, Черноморской береговой линии, Анапы и станиц по берегу моря, а равно с упразднением Абинского и Афипского укреплений, утратилась прямая цель этих переправ до тех пор, пока не возобновились наступательные действия за Кубань.
Сверх того, находились старые укрепления: в Екатеринодаре, средоточии войскового управления и местопребывании наказного атамана, и Фанагорийское — на острове Тамани.
Отправление кордонной службы по Кубани и содержание гарнизонов в упомянутых укреплениях лежало на прямой и исключительной обязанности черноморских казаков. Для этого требовалось не менее двух тысяч конных и до двух тысяч пятисот пеших человек. А как черноморское войско, по своему населению, без затруднения, могло выставить тройной комплект, а потому отбывание службы производилось тремя сменами, и только нарушалось это в экстренных случаях, а именно: при движении за Кубань, или во время огромных сборов неприятеля. Усиливать кордон приходилось и в то время, когда Кубань от сильных морозов замерзала и когда переход через нее был везде беспрепятственный.
Таким образом, черноморское войско обязано было содержать и, в крайнем случае, могло выставить до 6 т. конных и 9 т. пеших, считая в том числе прислугу и лошадей для 12-ти-орудийной батареи. Не правда ли, огромная вооруженная масса? Но только большинство этой массы худо ездило, дурно было одело и вооружено. Поэтому закубанцы, в открытом поле, не слишком боялись черноморских наездников и пренебрегали ружейным огнем их пехоты. Только одни пластуны были для них страшны.
Начиная от впадения в Кубань Большой Лабы или, правильнее сказать, от поста Изрядного Источника до Карачая тянулась более чем на триста верст «Кубанская кордонная линия», входящая в состав правого фланга Кавказской линии. Она, подобно Черноморской кордонной линии, состояла из укреплений, станиц и постов, с тою только разницею, что посты были расположены не только на самой Кубани, но во множестве находились по дорогам, далеко позади этой реки. По крайней мере так было до войны 1853-1856 годов, в которое время мы и взглянем на эту часть Кавказской линии.
Станицы, расположенные по Кубанской линии, принадлежали к четырем бригадам: Кавказской, Кубанской, Ставропольской и Хоперской кавказского линейного войска. Эти станицы были Усть-Лабинская, Воронежская, Ладовская, Тифлисская, Казанская, Кавказская, Темижбекская, Григориполисская, Прочно-Окопская, Убежинская, Николаевская, Барсуковская, Невинномысская, Белореченская и Баталпашинская.
Расположение, оборона и вооружение этих станиц оставались в том самом виде, в котором они находились со времени своего основания: то же стесненное донельзя, в усадебном отношении, четырехугольное расположение; тот же вал с плетневой внутренней крутостью, обложенный колючкою, но только ров зарос травой и изгладился от времени. Не изменилось и вооружение станиц, — где было по два и одному орудию; а где и вовсе не было орудий. Притом орудия были на весьма дурных крепостных лафетах; не было тоже и платформ, отчего колеса лафетов, во время стрельбы, врезывались в землю, и от этого стрельба делалась затруднительною.
Между станицами, расположенными по Кубани, находилось по нескольку постов, число и величина которых зависела от местности. Чем местность была пересеченнее и закрытее, тем более постов находилось на меньшем расстоянии, и тем сильнее были самые посты. А так как, по мере приближения Кубани к главному хребту, берега этой реки становились пересеченнее и лесистее, а потому и число постов увеличивалось.
Таких постов, собственно по Кубани, насчитывалось до семидесяти. Находящиеся же на них казаки обязаны были, кроме конвоирования проезжающих, выставлять днем пикеты на возвышенных местах, а по ночам содержать секреты.
Но этим не ограничивалось охранение как самой Кубанской линии, так и позади ее лежащей территории Кавказского линейного казачьего войска.
На Кубанской линии, независимо станиц и постов, находились еще укрепления: Усть-Лабинское, Прочно-Окопское, Джугутинское и Хумаринское. В первом, находившемся на правом фланге линии, сосредоточивались артиллерийские склады и запасы; в Усть-Лабе было в роде арсенала, потому что там, в случае надобности, производились арсенальные исправления артиллерии. В Прочном-Окопе имел свое пребывание начальник правого фланга Кавказской линии; а потому в этой крепости сосредоточивалось все управление. Что же касается Джугутинского и Хумаринского укреплений, то они охраняли Кубанскую линию с левого фланга.
Территория же Кавказской, Кубанской, Ставропольской и Хоперской бригад, лежащая позади Кубани, охранялась множеством внутренних постов, расположенных по разным дорогам, в особенности большое число постов находилось на почтовой дороге между Ставрополем и Георгиевском, как на главном сообщении с Закавказьем. Таким образом большая часть казаков назначалась для отправления собственно постовой службы. Остальные затем казаки, составляя станичные резервы, обязаны были скакать, по тревоге, на те места, где появлялся неприятель.
Несмотря на это, не только станицы, расположенные по самой Кубани, но и лежащие позади этой реки, не вполне были обеспечены от нечаянного нападения закубанцев. Правда, таких открытых нападений большими партиями, каковые были произведены закубанцами в сороковых годах на станицы: Васюринскую, Татарскую, Темнолесную, Воровсколесную и Бекешевскую, уже не повторялось; но за то хищничество и разбои происходили зачастую как в пределах Черномории, так и в территории Кавказского линейного казачьего войска.
ОЛЬШЕВСКИЙ М. Я.
Западный Кавказ до 1860 года.
