Первопроходцы: Как исследователи XIX века открывали убыхов миру

Убыхи долгое время оставались «тёмным пятном» на карте Кавказа. Их путали с черкесами, с абхазами, помещали не на те горы, лишали самостоятельности. Но в XIX веке ситуация изменилась. Русские офицеры-разведчики, европейные путешественники, лингвисты-энтузиасты — каждый внёс свой вклад в то, чтобы народ, обитавший между Шахе и Хостой, обрёл своё имя в науке. Эта статья — о тех, кто первым рассказал миру об убыхах.

Юлиус Клапрот (1783–1835): первый бытописатель

Немецкий востоковед и путешественник, много лет служивший в России, Юлиус Клапрот был одним из первых европейских учёных, кто всерьёз заинтересовался кавказскими народами. В 1812–1814 годах он опубликовал свои труды о Кавказе — «Путешествие по Кавказу и Грузии» и «Кавказские языки».

Вклад в изучение убыхов:

Клапрот дал первые бытовые сведения о «туби и убух». Он сообщал, что они говорят на одном из диалектов абхазского языка и обитают в самых высоких горах вблизи верховий реки Белой и реки Пшехи, а также над берегом Чёрного моря.

Он охарактеризовал их нравы: «Население этих племён отличается склонностью к разбоям, и в то же время они хорошие виноделы». Описал их социальное устройство: «Князей у них нет, но есть уздени». И, самое ценное, дал этнографическое наблюдение: «Живут же “туби” и убыхи не селениями, а разбросанно, среди леса, по три-четыре дома».

Правда, и Клапрот не избежал ошибок — он по-прежнему помещал убыхов на северную сторону Главного хребта и путал их с легендарными Тубами. Но его описание — первый шаг к настоящему этнографическому изучению народа.

Семён Броневский (1763–1830): подведение итогов

Русский историк, автор «Новейших географических и исторических известий о Кавказе» (1823), Семён Броневский подвёл итог начальному этапу изучения убыхов в русской науке.

Он писал: «Туби, убыхи, саши. Живут на вершинах р. Шад-гаше (р. Белая) в высоких горах, и причисляются к северо-западной Абхазии».

К ним же он причислял различные асадзуаские общества и добавлял: «Об них известно только, что они ни от кого независимы, управляются своими старшинами, выходят из гор пешие на воровство и большею частью похищают людей, коих продают в турецких крепостях».

Броневский не внёс новых сведений, но систематизировал то, что было известно к началу 1820-х годов. Его труд — важная веха, показывающая, как постепенно, шаг за шагом, собиралось знание об убыхах.

Фёдор Фёдорович Торнау (1810–1890): три года среди горцев

Личность поистине легендарная. Барон Фёдор Фёдорович Торнау — русский офицер, разведчик. В 1835–1837 годах он под видом черкеса-ауши (переселенца из-за Кубани) путешествовал по Кавказу, собирая стратегические сведения. Часть этого времени он провёл в плену у горцев.

Три года, проведённые Торнау среди абхазов, асадзуа и черкесов, дали ему уникальный материал. Его «Воспоминания кавказского офицера» (опубликованы в 1864 году) — один из важнейших источников по истории региона.

Вклад в изучение убыхов:

Торнау считал, что на Западном Кавказе живут три основных племени: абхазы, черкесы и татары. Относительно убыхов он высказывался осторожно: «Не знаю, позволено ли считать убыхов, имевших свой собственный язык, четвёртым племенем, или они составились из абазин, черкесов и европейцев, выброшенных, как говорит предание, на черкесский берег ещё во время первого крестового похода».

Он дал важную географическую привязку: «Убыхи, которых некоторые считают народом особого происхождения, между реками Сочи и Шахе». А также указал на смешанный характер населения побережья: «На берегу моря они составляли, перемешавшись с шапсугами, несколько отдельных обществ: Хизе, Уордане, Шмиткуадж и Зюш, известных у черкесов под общим названием Ардона».

Торнау первым обратил внимание на то, что в Убыхии пересекаются разные этнические влияния, — наблюдение, которое потом подтвердят многие исследователи.

Леонтий Люлье (1800–1862): знаток черкесского побережья

Русский офицер, этнограф, один из первых исследователей черкесского побережья Кавказа. Леонтий Яковлевич Люлье служил в Черноморской береговой линии и имел возможность непосредственно наблюдать за жизнью горцев.

Вклад в изучение убыхов:

Люлье первым чётко сформулировал положение о языковой обособленности убыхов. В 1846 году он писал: «Сей последний народ имеет свой особенный язык, не сходный ни с языком адиге, ни с абхазским. Это ныне язык черни, употребляемый преимущественно между простолюдинами, живущими в горных ущельях и на побережье моря. Дворяне убыхские все говорят адигским языком, но многие из них и простолюдинов, в этом крае находясь... в соседстве к югу с абхазцами, говорят также свободно и на языке своих соседей».

Это важнейшее наблюдение: Люлье зафиксировал двуязычие убыхов (знать говорила по-черкесски, простой народ — на родном языке) и предсказал неизбежное вытеснение убыхского языка.

В своих позднейших работах Люлье ограничил Убыхию реками Зюебзе и Хоста, повторил, что убыхи «не принадлежит ни к адыгскому, ни к абхазскому корню». И, что особенно интересно, он вспомнил «аланскую теорию» происхождения убыхов, выдвинутую ещё Потоцким, и добавил: «Замечательно, что поныне существует у убыхов одно племя (род?), носящее имя “алань”».

Джеймс Стэнслаус Белль (1802–1865): английский взгляд

Совершенно особое место среди исследователей убыхов занимает Джеймс Стэнслаус Белль — английский коммерсант и агент британской политики на Кавказе. Он прожил среди черкесов и убыхов два с половиной года (1837–1839) и оставил подробнейший дневник, опубликованный в 1841 году.

Белль был не просто наблюдателем — он активно участвовал в событиях, помогал горцам советами, деньгами, даже артиллерией. Его «Дневник пребывания в Черкесии» — это уникальный источник информации «из первых рук».

Вклад в изучение убыхов:

Убыхи у Белля скрываются под названием «абаза», но ему знаком и термин «убых», который у него означает Верхнюю Убыхию. Он констатирует большую смешанность населения побережья.

Книга Белля полна самого разнообразного материала об убыхах:

• Этнографического (включая фольклор — например, легенду о запретном кладе и легенду о морском чудовище, убитом предком фамилии Магу)

• Лингвистического (он записывал слова и фразы)

• Исторического (описания сражений, политических событий)

• Археологического (он осматривал развалины генуэзских факторий)

Белль — не только исследователь, но и действующее лицо убыхской истории. Именно он привозил письма от Уркварта, призывавшего горцев к оружию, организовывал поставки оружия, участвовал в артиллерийских дуэлях с русскими укреплениями. Его записи — это «живая история», увиденная глазами участника.

Пётр Карлович Услар (1816–1875): гений кавказского языкознания

Выдающийся русский лингвист, генерал-майор, член-корреспондент Петербургской академии наук. Пётр Карлович Услар — основатель научного изучения кавказских языков. Он составил грамматики и словари абхазского, чеченского, аварского, лакского, даргинского, лезгинского, табасаранского языков. Не обошёл он вниманием и убыхский.

Вклад в изучение убыхов:

Услар долго искал человека, знающего убыхский язык. В конце концов он нашёл сына крупнейшего политического деятеля Убыхии Хаджи-Керендук-Догомуко Берзека — молодого Берзека, 14-летнего юношу. С его помощью Услар приступил к изучению языка.

Увы, занятия продлились всего шесть дней. Когда вблизи лагеря, где находились Услар и молодой Берзек, показалась партия убыхов, юноша бежал к своим. Но и эти кратковременные занятия позволили Услару сделать ценнейшие выводы.

Он писал: «Уже то крайне немногое, что узнал я об убыхском языке, вполне убедило меня в близком родстве его с абхазским, хотя и встречаются в нём явления несходные». И далее: «Я извлёк для себя точное убеждение в родстве адыгского языка с убыхским и абхазским».

При этом он подчёркивал, что разница между ними значительна: «Взаимная разница между ними более значительна, чем, например, между русским и португальским».

Услар высказал предположение, что если бы изучали убыхский язык, то возможно открыли бы следы алан, на которых указывал ещё Потоцкий как на убыхских предков.

В более поздней работе Услар заявил, что изучением убыхского языка можно решить, насколько основательно мнение Геродота о египетском происхождении колхов, а также разрешить гипотезу о первоначальном заселении Черноморского побережья лезгинами.

Значение работ XIX века

Исследователи XIX века — Клапрот, Броневский, Торнау, Люлье, Белль, Услар — заложили фундамент всего последующего изучения убыхов. Каждый из них внёс свой вклад:

• Клапрот дал первые бытовые и социальные сведения.

• Броневский подвёл итог начальному этапу изучения.

• Торнау дал детальные географические и этнографические описания, зафиксировал смешанный характер населения.

• Люлье сформулировал положение о языковой обособленности убыхов и предсказал вымирание их языка.

• Белль оставил уникальные «живые» свидетельства очевидца и участника событий.

• Услар заложил основы научного изучения убыхского языка и доказал его родство с абхазским и адыгским.

Благодаря им убыхи перестали быть «племенем-призраком», обрели своё имя в науке, и началось их настоящее изучение — лингвистическое, этнографическое, историческое.

*Исследование основано на монографии Л.И. Лаврова «Убыхи: Историко-этнографическая монография» (СПб., 2009) и статье М.Г. Хафизовой «Этносоциальная организация и политическая история убыхов в источниках и историографии».*