Вернуться назад Распечатать

Казаки и тамги: заимствование знаков

Интересный сюжет связан с казаками, которые, по примеру горцев, начали использовать таврение для своего скота. Однако у казаков не было традиционных фамильных тамг. Поэтому, как пишет автор, «казаки по примеру своих соседей - горцев метили коней, копируя тамги известных горских владельцев».

В архивном деле 1822 года казачий есаул Коновалов рапортует о пропаже своей лошади, описывая ее приметы: «мерин караковый на правой лопатке тавро, на стегне таковых...». Автор исследования, сравнивая эти тамги с известными образцами, приходит к выводу: «размещенные на казацких лошадях тамги мы считаем не чем иным, как вариантами тамг кабардинских владельцев Мисостовых и Анзоровых».

Этот факт показывает, насколько сильным было влияние горской культуры даже на казачье население.

Поиск пропавших животных: как работала система

Архивные документы содержат множество рапортов о найденных или пропавших лошадях, которые позволяют реконструировать систему опознания.

Стандарт описания

Удивительно, но манера описания внешности лошадей в русских архивах не изменилась с начала XVII века по начало XX века. Автор отмечает, что эти описания «удивительно стандартны и сложены по структуре: пол, цвет, направление гривы и рисунок тамги».

Пример из документа 1858 года:

«Кобылица приметами: масти серой, росту небольшого, грива на левую сторону, на левом окороке тавро [рисунок] и поперек правой губы прут — [рисунок]».

Описание включает все важные детали: цвет, рост, направление гривы, расположение тамги, а также дополнительный знак на губе — «пащ1эжьэ».

Случай незнания тамги

Один из документов показывает, что русские чиновники не всегда могли опознать тамги. Урядник Дмитрий Сергеев нашел кобылицу и написал рапорт, прося «распоряжения о розыске хозяина». Однако, как замечает автор, «если б нашедший кобылу и написавший рапорт... были бы осведомлены о тамгах как горцы, то они не могли б не догадаться, что перед ними лошадь с тавром известной во всей Кабарде фамилии Шалбаровых».

Из-за отсутствия у казаков повсеместного обычая таврения скота, они были вынуждены обращаться за опознанием к начальнику Кабардинского округа.

«Лицевая тамга»: клеймо позора

Одной из самых суровых функций тамги было клеймение преступников и трусов. Как пишет автор, у кабардинцев существовали три категории «позорящих тамг» по степени тяжести:

Степень Наказание Что означало
1-я Косвенное порицание Рубашка труса, черный шерстяной колпак труса, прожженная шапка
2-я Уничтожение символов достоинства Сбривание усов, бороды, волос
3-я Физическое клеймение Выжигание или надрезание знака на теле (лоб, щека, нос, уши, палец, спина)

Последняя группа носила общее название «тхьэгъэпц1 дамыгъэ» — тамга клятвопреступника, предателя. Тамга, наносимая на щеку, имела специальное название — «нэк1у дамыгъэ» (лицевая тамга).

Поговорка для смельчаков

Существовала поговорка, которой подзадоривали нерешительных драчунов-подростков:

«Япэу емыузунум Думэнхэ я нэпкъыжьэр и нэк1ум тыраудзэ»

(«Тому, кто не ударит первым, пусть на лицо поставят подтаврок Думановых»)

Подтаврок Думановых состоял из двух параллельных линий, выжигаемых вдоль морды овцы.

Словесное ручательство

Существовали и устные формы заверения, которые подразумевали знание этих позорящих знаков:

«Ар мыпжэм, си пац1р узэгъэупсынщ» — «Если это неправда, то сбреешь мне усы».

Или еще страшнее:

«Ар мыпэж мэ, си пэнц1ывыр погъэупщ1ыынщ» — «Если это неправда, я согласен на отсечение кончика носа».

Такие заверения означали, что люди знали эти традиционные знаки позора, идущие вразрез с понятием «адыгэ напэ» — адыгская честь.

Охота за тамгой: как скрывали и подделывали знаки

Тамга была настолько важна, что вокруг нее разворачивались настоящие криминальные сюжеты.

Скрытие тамги

Автор отмечает, что существовали специальные приемы скрытия тамги, например, ношение бурок с нарочно удлиненными полами, которые закрывали тамгу на ляжке. Также практиковалось срезание тамги с лошади, павшей во время набега, чтобы скрыть ее владельца.

Подделка тамги

Идя на скотокрадство, злоумышленники иногда ухищрялись:

  1. На краденой лошади с чужим тавром — чтобы запутать следы.

  2. На своей, но с чужим тавром — также для дезинформации преследователей.

  3. Срезание тавра — если лошадь с собственным тавром погибала на месте преступления.

Противодействие

Для борьбы с подделками использовались дополнительные элементы системы:

Кроме того, бытовало мнение, что выведение и подделка тамги, изменение формы рогов — все эти приемы имелись в арсенале скотокрадов, но владельцы также знали о них и принимали меры.

Эволюция тамговой системы в пореформенный период

Отмена крепостного права в Кабарде и Балкарии, переселенческая реформа, выселение горцев в страны Востока и гибель многих владельцев в ходе Кавказской войны привели к большим социально-экономическим изменениям. Это повлияло и на нормы тавровладения.

Появление «новых тамг»

Как пишет автор, появляется некая резервная группа тамг. После смерти последних представителей известной фамилии их тамгу присваивала другая. Начинается период, когда «крестьяне тоже стали пользоваться тамгой».

Заимствования из алфавитов

Характерной приметой пореформенного периода является появление тамг, заимствованных из арабского, русского, грузинского алфавитов.

Пример Тамга Происхождение
Жолдашевы Буква «Ж» Русский алфавит
Керашевы Буква «К» Русский алфавит
Мурзабековы Монограмма «М» и «Б» Русский алфавит
Дударовы Буква «Т» Грузинский алфавит
Урусбиевы Буква Грузинская церковная письменность
Тудуевы, Уардоковы Буквы Арабский алфавит

Автор замечает, что иногда сами информаторы дорисовывали штрихи, максимально приближавшие их тамги к соответствующим русским буквам. Например, тамга Мазановых и Беевых могла быть «дорисована» до буквы «Б».

Сложность интерпретации

Впрочем, автор предостерегает от поспешных выводов:

«Впрочем, здесь легко впасть в крайность, потому что это могли быть и представители родов, некогда потерявших свои родовые тамги из-за каких-то социально-политических потрясений».

Например, тамга фамилии Беевых на первый взгляд — просто русская буква «Б». Но документально известно, что эта фамилия в прошлом числилась в уделе князей Ажгериевых, основа тамги которых — общеизвестный трезубец. «Зная, к чему обязывала сословная принадлежность и частую форму вертикального изображения тамги, нетрудно догадаться, что в основе буквовидной тамги Беевых лежит тамговая основа их владельцев, изображенная вертикально».

Это важное наблюдение показывает, что даже кажущиеся «новыми» тамги часто имели глубокие исторические корни.

Выводы

Подводя итог своему исследованию архивных и судебных материалов, Х.Х. Яхтанигов делает несколько ключевых выводов:

  1. Тамга была юридическим документом. Начиная с первой половины XVII века и до начала XX века, тамги выполняли свое сословно-владельческое значение и признавались судебной системой.

  2. Тамга была инструментом правосудия. В конфликтных ситуациях, связанных со скотом, горские тамги являлись главным юридическим аргументом собственности.

  3. Тамга объединяла общество. В горской среде практиковалось коллективное ручательство за принадлежность той или иной тамги конкретному лицу, что делало тамгу фактором как частной, так и коллективной формы защиты имущества.

  4. Российская администрация адаптировала систему. Русская администрация не изменила юридического значения тамги в делах, связанных с судебными тяжбами горцев, она так же использовала их, как и горцы.

  5. Архивы — ценный источник. Архивные документы являются ценным источником как для изучения юридического значения тамг, так и для составления их каталога.

Таким образом, тамга на Северном Кавказе была не просто этнографической экзотикой, а полноценным правовым институтом. Она работала в реальной жизни, защищая права и собственность, обличая преступников и помогая судопроизводству. Это был удивительный пример того, как традиционное знание интегрировалось в систему государственного управления и сохраняло свою актуальность на протяжении столетий.