Селения-невидимки: Как убыхи обходились без деревень

Представьте себе страну, где вы можете ехать несколько километров и не встретить ни одного селения. Где дома не стоят вдоль улицы, а прячутся в лесах, по одному, по два, по три. Где слово «селение» означает одновременно и «двор», и целую долину. Такой страной была Убыхия. Убыхи не знали деревень в европейском смысле — их поселения были разбросаны по склонам гор, скрыты от посторонних глаз. Эта статья о том, почему так сложилось и какую роль играла разбросанность в жизни исчезнувшего народа.

Необычная картина

Своеобразную картину представляли собою убыхские поселения. Селений в нашем смысле слова не существовало. По долинам рек были разбросаны там и сям отдельные дворы с прилегающими к ним садами и нивами.

Характерно, что убыхское слово «селение» (кузи) сохраняет значение и «двора». Это лингвистическое наблюдение очень важно: для убыхов понятия «селение» и «отдельный двор» были почти тождественны. Язык сохранил память о той эпохе, когда каждый двор был сам себе селением.

Ещё в начале XIX века исследователь Ю. Клапрот замечал: «Убыхи не живут в деревнях, но рассеяны по лесу по 3–4 дома». А А. Фонвилль, лично побывавший в Убыхии в 1863–1864 годах, писал:

«Мы не встречали в этой стране не только города, но даже ни селения, ни деревушки; оказалось, что ничего подобного и не было там; аулы же разбросаны по горам, на различных расстояниях один от другого. Все аулы, расположенные в одной долине, составляли общины и обозначались названиями долины».

Почему так жили?

Разбросанность убыхских поселений не была случайной. У неё были и практические, и исторические причины.

Причина первая: безопасность. В условиях постоянных войн и набегов жить компактной деревней было опасно. Враг мог окружить селение и уничтожить всех сразу. А если дворы разбросаны по лесу, каждый двор — это маленькая крепость. Напасть на один — другие успеют приготовиться.

Причина вторая: хозяйство. Каждая семья возделывала свой участок земли. Сады, виноградники, поля были привязаны к конкретному двору. Жить вдали от своих угодий было неудобно.

Причина третья: традиция. Разбросанный тип поселения был характерен для многих горских народов. Он уходил корнями в эпоху родового строя, когда каждая большая семья селилась отдельно, и только постепенно формировались более крупные поселения.

Родовой посёлок: переходная форма

Одно из описаний А. Фонвилля, относящееся к селению убыхского предводителя Исмаил-бея Дзепша, даёт нам представление о поселении типа разлагающейся родовой общины. Это — промежуточная форма между отдельным двором и деревней.

А. Фонвилль пишет:

«Как и все черкесские (убыхские) аулы, (аул Исмаил-бея) состоял из дюжины низеньких домов, расположенных без всякой симметрии внутри ограды, запертой непроницаемыми заборами. Несколько толстых палисадников разделяли эту ограду на отделения, разделенные между собою таким образом, что для того, чтобы пройти из одного отделения в другое, нужно было эскаладировать эти особого рода баррикады. В каждом ауле непосредственно у ворот ограды находилась гостиница (кунацкая)».

Что мы видим? Общая ограда — признак того, что когда-то эти дворы составляли единое целое, родовое гнездо. Общая кунацкая — место для приёма гостей, тоже общее для всего рода. Но внутренние перегородки между дворами говорят о какой-то степени раздельности имущества. Род распадается на отдельные семьи, но память о единстве ещё сохраняется.

Переход от рода к общине

Убыхский патриархальный род в XIX веке был организацией родственников, живущих по Убыхии рассеянными семьями (по всей видимости, большими семьями), ведшими самостоятельное хозяйство. Единого родового хозяйства уже не существовало.

Так, Дж. Белль сообщает о крупнейшем убыхском роде Берзеков, что он «состоит из 400 благородных семейств, и каждое семейство имеет от 5 до 20 рабских семейств». Семейства Берзеков жили не в одном селении, а в разных долинах — но все они считались членами одного рода.

Если мы вспомним описание фамильного поселка Исмаил-бея Дзепша, где наряду с общим забором и общей кунацкой существовали уже внутренние перегородки, то можем сделать предположение о наличии распадения больших семей на мелкие. Этот процесс шёл параллельно с переходом от родовой организации к территориальной общине.

Сельская община — господствующая организация

Именно сельская община, а не род, была господствующей социальной организацией убыхов в XIX веке. Сравнительная пестрота населения Убыхии, которую обычно подчёркивали знакомившиеся с нею авторы, была лишь одним из внешних проявлений преобладания территориальных связей над кровными.

Что это значит? Раньше люди держались вместе, потому что были родственниками. Теперь они жили рядом, потому что были соседями. Родственные связи не исчезли, но отошли на второй план.

Этот переход от рода к общине отражался и в характере поселений. Разбросанные дворы группировались в «гнёзда» — несколько дворов поблизости, но не сливаясь в единую деревню. Такое «гнездо» и было сельской общиной.

Преимущества разбросанного поселения

Для убыхов разбросанность дворов имела ряд преимуществ.

Военная защита. В случае нападения враг не мог захватить всю общину одним ударом. Пока одни дворы горели, другие готовились к обороне или уводили семьи в горы.

Хозяйственная самостоятельность. Каждый двор имел свои сады, поля, пастбища. Не нужно было ходить за тридевять земель, чтобы обработать землю.

Экологичность. Разбросанные дворы меньше истощали землю и не приводили к вырубке лесов вокруг одного центра.

Недостатки для истории

Для нас, историков и этнографов, разбросанность убыхских поселений создаёт большие трудности.

Во-первых, селения трудно идентифицировать. На картах XIX века указаны не названия конкретных аулов, а названия долин — Вордане, Псахе, Хизе. Но внутри каждой долины были десятки отдельных дворов, названия которых редко попадали в документы.

Во-вторых, археологам трудно найти остатки убыхских поселений. Разбросанные дворы, построенные из недолговечных материалов (дерево, хворост, глина), почти не оставили следов в земле. Гораздо легче найти кладбища или культовые места, чем жилые дома.

В-третьих, трудно оценить численность населения. Если 200 дворов разбросаны по долине, их можно и не заметить. Многие путешественники, вероятно, сильно преуменьшали количество жителей Убыхии, потому что просто не видели их домов.

Контраст с городской цивилизацией

Для европейцев, привыкших к городам и сёлам с чёткими улицами, убыхский тип поселения казался диким и хаотичным. «Беспорядок», «отсутствие планировки» — так описывали они эти разбросанные дворы.

Но для самих убыхев этот «беспорядок» был порядком. Он отражал их образ жизни — независимый, свободный, ориентированный на семью и род, а не на государство и чиновников.

Убыхи не нуждались в городах. Им не нужны были ратуши, рынки, соборы. Их «городом» была вся страна — горы, леса, долины. И каждый двор был маленькой вселенной, центром мира для жившей в нём семьи.

Что осталось от убыхских поселений?

Сегодня на месте разбросанных убыхских дворов — современные посёлки и санатории Большого Сочи. Старая планировка, конечно, не сохранилась — новые хозяева земли строили по-своему.

Но если уйти подальше от шоссе, в глубь леса, иногда можно наткнуться на старые фруктовые деревья, растущие в лесу. Скорее всего, это остатки убыхских садов. А значит, где-то рядом был двор, дом, семья.

И когда вы идёте по сочинскому лесу и вдруг видите старую, дикую яблоню или грушу, знайте: вы идёте по территории бывшего убыхского «селения» — даже если вокруг нет ни одного дома.

*Исследование основано на монографии Л.И. Лаврова «Убыхи: Историко-этнографическая монография» (СПб., 2009).*