Среди убыхских обществ было одно, чьё название до сих пор вызывает вопросы у историков. Псахе, Чизымогуа, Мамай — три имени одного и того же места. Это был не просто прибрежный округ. Здесь находился один из главных торговых портов Убыхии, здесь жил знатный род Чиземогуа, здесь остались загадочные развалины средневековой крепости. Эта статья о земле между Сочи и Псахе, о её богатстве, о её людях и о том, почему это место привлекало и торговцев, и завоевателей.
Общество Псахе (Чизымогуа, «Чизма», или Мамай) простиралось от реки Сочи до реки Псахе и далее за неё километра на три. Таким образом, оно занимало юго-восточную часть Убыхии, гранича с обществом Сочи на северо-западе и с асадзуаскими землями на юго-востоке.
Долина реки Псахе славилась плодородием. Как и соседние склоны гор, она была покрыта садами и тщательно обработанными полями. В этом обществе было до 500 дворов — очень много по меркам Убыхии, хотя и меньше, чем в Вордане (где было более 800 дворов).
Нордман, ботаник, побывавший в этих местах в 1830-е годы, также относил Мамай к наиболее заселённым местностям побережья.
Название «Мамай» — одно из самых загадочных в убыхской топонимике. Оно не имеет видимых корней ни в убыхском, ни в черкесском, ни в абхазском языках.
Существует предположение, что это название связано с генуэзским присутствием на побережье. Генуэзцы, имевшие здесь свои фактории, могли назвать это место в честь какого-то своего святого или торгового дома. Позже название трансформировалось в «Мамай», не имеющее смысла для местного населения, но прочно закрепившееся за этим местом.
Другая версия — это искажённое тюркское имя или титул, занесённое в эти края ещё во времена татаро-монгольского владычества. Однако ни одна из версий не имеет бесспорных доказательств.
В XIX веке в обществе Псахе были известны два главных селения, оба названные по имени проживавших там куашха (представителей племенной знати).
Селение Чизымогуа Ахмета состояло из большого количества в беспорядке разбросанных дворов. Оно начиналось в 1 километре от моря и простиралось по реке Псахе вверх до самого её истока. Селение получило своё имя от фамилии и имени местного куашха — Ахмета из рода Чиземогуа.
Селение Чизымогуа Мисоуста лежало вблизи правого берега реки Сочи в 3,5 километрах от её устья. Оно также получило название по проживавшему там куашха — Мисоусту из того же рода.
Таким образом, вся долина Псахе была под контролем одной могущественной фамилии — Чиземогуа, которая и дала свои имена главным поселениям.
Фамилия Чиземогуа (Чызмогуэ, Чизма, Чезми) вела своё происхождение от легендарного змееборца Магу (или Маго). По преданию, Магу совершил геройский поступок — победил чудовище — и за это получил утверждённое за ним право брать в свою пользу торговые пошлины в трёх бухтах.
Об этом предании рассказывает Дж. Белль: «Мне рассказывали о морском чудовище, которое выходило из моря и было убито предком благородной фамилии Магу в Субеше, в награду за что на вечные времена были предоставлены торговые пошлины с этого укрепления, а также с двух последних».
В шапсугских вариантах этой легенды «чудовище» — это образ дракона или змея. Культ змееборца Магу был известен не только у убыхов, но и у соседних шапсугов, а также на юге Закавказья и даже у ингушей (в форме солнечного божества).
В конце 1830-х и 1840-х годов особенной известностью пользовался Омар Чиземогуа, не раз возглавлявший убыхское ополчение. Дж. Белль в 1839 году говорит о нём как о молодом, энергичном человеке, посвятившем себя всецело борьбе за независимость горцев. В сражениях он всегда был всех впереди. Он постоянно находился вблизи Навагинского укрепления и при удобном случае наносил ему вред: портил огороды, подстерегал и захватывал в плен садовников и тому подобное.
3 апреля 1845 года Омар вывел народ на штурм Навагинского укрепления и чуть было не взял его, но был убит. Его гибель была большой потерей для убыхов. А. Фадеев, описывая это событие, подчёркивает, что характерно: повстанцы возглавлялись тут «абреком из крестьян Омером Чизма». Правда, Фадеев ошибается, относя известный род Чиземогуа к вагышам (крестьянам), — это были куашха. Но действительно показателен тот факт, что возглавлено было сражение не Берзеками, а их заклятыми врагами-кровниками.
Берег моря у селений Псахе имел значительную пристань, к которой приставали торговые корабли турецких купцов. Пристань была известна под названием Мамай. В её районе до сих пор находятся средневековые (возможно, генуэзские) руины, которым горцы дали название Мамай-кале («крепость Мамая»).
Эти развалины были обследованы В. Сизовым. Вот что он сообщает: «Постройка из дикаря, тщательно разобранных, правильные архитектурные линии; ниши из подтёсанных камней, а также общий вид крепости — всё это заставляет предполагать, что строители крепости были византийцы или генуэзцы. Вероятно, крепость эта могла служить защитой торговой фактории».
Крепость Мамай-кале — это свидетельство древних торговых связей этого края. Генуэзцы, господствовавшие на Чёрном море в XIII–XV веках, имели здесь свою факторию, обменивая европейские товары на местные — рабов, меха, кожи, воск, строевой лес.
Через Псахе проходила береговая дорога — главная коммуникационная линия всего края. Она соединяла Псахе с Вордане (на северо-западе) и с Сочи (на юго-востоке). Эта дорога, однако, «не везде была пригодна для арб» — местами она была просто вьючной тропой.
Другая дорога связывала устье реки Псахе с верхнеубыхским селением Питлу. Трудность продвижения по ней возрастала по мере удаления от моря — чем выше в горы, тем круче подъёмы и опаснее спуски.
Благодаря своей удобной бухте и близости к морю, Псахе (Мамай) часто становился целью для русских десантов. Ещё в 1830 году Бекович-Черкасский и Госфорт в рапорте Паскевичу указывали на Сочи как на главное торговое место горцев, но Мамай был не менее важным центром.
В 1838 году, когда русское командование готовило высадку в Сочи, убыхи ошибочно предположили, что десант будет высажен именно у Мамая. 400–500 убыхов собрались на народное собрание на Мамае с целью выработки плана обороны. Было решено укрепить и Сочи, и Мамай, как два наиболее возможных места высадки противника. Причём, исходя из того, что Мамай был более важен в торговом отношении, пришли к выводу о необходимости большее внимание обратить на оборону этого пункта.
К концу 1840-х годов по неизвестной причине разгорелась кровная месть между Чиземогуа и Берзеками. Это была не просто ссора двух семей — это была кровопролитная межродовая война, раздиравшая убыхское общество.
Эта вражда, вероятно, была одной из причин, почему убыхи не смогли объединиться перед лицом общего врага. Пока Берзеки и Чиземогуа выясняли отношения между собой, русские войска укреплялись на побережье.
После 1849 года ни один из известных документов не упоминает больше Чиземогуа. Исследователи склонны думать, что они или выселились в Турцию, или полностью капитулировали перед Берзеками. Во всяком случае, в Турции и сейчас имеется убыхское селение Чиземогуа-хабль, названное по имени этого рода.
Сегодня на месте цветущих садов и шумных пристаней Псахе — посёлки и санатории Большого Сочи. Название «Мамай» сохранилось — это Мамайский перевал, Мамайская бухта. Развалины Мамай-кале — туристическая достопримечательность.
Но когда-то здесь, в долине Псахе, жил род Чиземогуа — легендарные потомки змееборца Магу, героически сражавшиеся за независимость и павшие в борьбе с врагами. Их история — это история славы и поражения, история, которая не должна быть забыта.
*Исследование основано на монографии Л.И. Лаврова «Убыхи: Историко-этнографическая монография» (СПб., 2009).*