В адыгской традиции имя никогда не было случайным набором звуков. Это была ёмкая характеристика человека, его надежда или предсказание.
Многие имена прямо указывали на внешние признаки. Человека с острым носом могли назвать Пэщурэ. Того, у кого блестящие глаза — НэцIу. Хромого — Лъашэ, а беззубого — Лзагуэ. Глухого называли Дэгу, косоглазого — Нашэ, а кудрявого — Къудей. Существовали даже имена вроде ТхьэкIумашэ — «Кривое ухо», или Пщагуэ — «Короткая шея».
Каждое имя — это ключ к пониманию того, как жил и мыслил адыгский народ. Через имена мы видим, что ценили в человеке: силу, внешность, мастерство, происхождение. И как предупреждение звучат слова Алия Черкесова: «Сегодняшним Нахимам, Ибрагимам… показать те имена наших предков, что мы собрали. Как это называть, если не национальным бедствием?».