Верховные божества адыгской мифологии — Тхьэ и Тхьэшхуэ

В традиционном мировоззрении адыгов, или черкесов, мир представлялся сложной системой, где каждый элемент имел своего покровителя. Но над всеми богами плодородия, охоты, кузнечного дела и домашнего очага возвышались две центральные фигуры — Тхьэ и Тхьэшхуэ. Кто же они и какую роль играли в жизни народа? Давайте обратимся к «Энциклопедии черкесской мифологии».

Главным действующим лицом в процессе сотворения мира выступает божество по имени Тхьэ. Согласно энциклопедии, верховный бог «сотворил мир и людей», а также «солнце, луну, небо, звезды».

Интересно, что акт творения в адыгской мифологии не описан как конкретное действие. В эпосе сохранились лишь глухие отголоски, фрагменты, по которым мы можем судить о том, как это происходило. Тхьэ не «лепил» землю из глины, как в некоторых других культурах. Изначально небо и земля представляли собой бесформенную жидкую массу. Процесс их создания авторы энциклопедии описывают глаголом, означающим «затвердевать, сквашиваться». То есть мир буквально «свернулся», отделившись от хаоса.

Кроме того, в архаичных текстах упоминается необычный атрибут: «когда мир создавали сетью», или «когда натягивали сеть, основание земли». Этот образ сети символизирует акт упорядочивания космоса из первоначального хаоса.

Однако со временем роль демиурга начинает смещаться. Рядом с Тхьэ появляется более конкретное верховное божество — Тхьэшхуэ, что буквально означает «Великий бог» или «Великое божество». По сути, Тхьэшхуэ наследует функции Тхьэ, становясь главой адыгского пантеона.

Энциклопедия подчеркивает, что Тхьэшхуэ — это не просто абстрактный творец. Это верховный правитель, который управляет и другими богами. В его власти находятся грозные силы природы: по его воле бог неба Уащхъуэ может метать гром, а бог молнии Щыблэ — поражать землю. Все природные явления, жизнь человека и его судьба считались проявлением воли Тхьэшхуэ.

Любопытна дальнейшая судьба этих образов. С принятием адыгами христианства, а затем и ислама, произошла естественная трансформация пантеона. Как отмечается в книге, Тхьэ и Тхьэшхуэ постепенно отождествляются с единым богом новой религии — Аллахом.

Но старые верования не ушли бесследно. Энциклопедия приводит интересный пример: при засухе адыги совершали обряд вызывания дождя, который называется «Хьэнцэ-гуащэ». В этом обряде одновременно слились языческие верования в бога-громовержца Щыблэ, христианский образ пророка Ильи и мусульманское обращение к Аллаху.

Таким образом, Тхьэ и Тхьэшхуэ — это не просто боги прошлого. Это фундамент, на котором строилось понимание мироздания у адыгов. Их образы вобрали в себя космогонические представления о рождении мира из хаоса и стали основой для более поздних монотеистических верований, сохранившись в языке, фольклоре и культурных кодах народа.