Унизительные имена и поздно пришедшие фамилии – тёмные страницы адыгской антропонимики

В предыдущих семи статьях мы говорили о красоте и глубине адыгских имён: они описывали внешность, профессию, характер, возводили к богам и героям. Но есть и другая, горькая страница. Алий Черкесов в своём труде «АдыгэцIэхэр» (Черкесские имена) не обходит её молчанием. Он пишет о том, как унизительные клички, данные крепостным их хозяевами, превращались в фамилии и бытуют до сих пор, унижая достоинство людей.

Ниже – подробный разбор этой трагической темы исключительно по данным из файла (страницы 13 и 15).

Когда появились фамилии у черкесов

Автор даёт точную датировку:

*«Фамилии у черкесов появились тоже не так уж давно, где-то лет 500 назад.»*

Это XV – начало XVI века. До этого, по словам автора, «много славных сынов нашего народа ушли в мир иной без фамилий, оставив добрый след в истории».

Он приводит примеры знаменитых людей, у которых не было фамилий:

«Знаменитые Рилладэ, Даупщ, Инал, Андемыркъан – у них не было фамилий, они были известны своими делами, подвигами в часы бедствий народа, потому их имена и сохранил благодарный народ.»

Вместо фамилии называлось имя отца – но только если сын заслуживал такой почести.

Первая фамилия в черкесской истории

Автор называет имя того, кто первым сделал своё имя фамилией для детей и родственников:

«Первым из черкесов, кто своё имя сделал фамилией своих детей и родственников, был Къазий и къуэ ХьэтIыхъущокъуэ-ябгэ – сын Казия Хатющоко-свирепый, верховный князь Кабарды. От него пошла знатная фамилия Хатющоко (русские писали искажённо – Атажукин).»

Это был князь, представитель высшего сословия. И это очень показательно: фамилии в адыгском обществе начинались сверху, с аристократии. Как и в России, замечает автор:

«И в России фамилии первыми приобрели князья и дворяне, а затем помещики и преуспевающие купцы.»

Как появились унизительные фамилии

Самая горькая часть текста – о том, как получали фамилии низшие сословия.

«Ни для кого не секрет, что власть имущие в прежние времена нарекали своих холопов оскорбительными именами, содержащими их происхождение или какой-либо их физический изъян, нечаянно совершённый проступок или вид жизненной деятельности.»

Когда настало время и низшим сословиям понадобилось иметь фамилии, фамилиями их детей стали те же неблагозвучные клички, данные их отцам хозяевами. В большинстве случаев фамилиями становились имена отцов или старейшин рода.

Список оскорбительных имён (полный перечень из файла)

Автор приводит следующие примеры (страница 13):

Каждое из этих имён – насмешка, оскорбление, приговор. «Рвань», «Собачья губа», «Свиное рыло» – эти клички фиксировали физические недостатки, бедность или просто презрительное отношение хозяина.

Как эта традиция уничтожала человеческое достоинство

Автор пишет о последствиях:

«Эти нелепые фамилии бытуют до сих пор, нередко унижая достоинство уважаемых людей – выходцев тех фамилий.»

Представьте: человек, который своими делами, трудом, талантом заслужил уважение, вынужден носить фамилию, означающую «Собачья губа» или «Кривоухий». Это клеймо, которое тянется из глубины веков, из эпохи крепостничества.

Автор добавляет:

«В среде черкесской диаспоры до сих пор помнят тех, которые при их изгнании с родной земли ещё не имели фамилий, а приобрели их только после депортации, смотрят на них и поныне как на низкое сословие, что значительно мешает консолидации сил диаспоры в борьбе за свои национальные интересы.»

Даже в изгнании, на чужбине, этот социальный груз продолжает давить.

Князья, дворяне и «именитые купцы»: параллель с Россией

Автор проводит параллель с Россией:

«И в России фамилии первыми приобрели князья и дворяне, а затем помещики и преуспевающие купцы. Например – "именитый купец" означал, что он с именем, то есть уже имеет свою фамилию – именит.»

Таким образом, фамилия была не просто идентификатором, а маркером социального статуса. Кто раньше получил фамилию – тот выше стоял на социальной лестнице.

Что изменилось и что не изменилось

Сегодня крепостного права нет. Но фамилии остались. И многие люди до сих пор носят те самые оскорбительные клички, данные их предкам столетия назад.

Автор не предлагает лёгких решений. Он просто фиксирует факт: «Эти нелепые фамилии бытуют до сих пор». И призывает к осознанию проблемы. Потому что, пока человек не знает истории своей фамилии, он не может полностью понять себя.

Как это связано с общей темой сохранения имён

Эта горькая глава – часть большого разговора о сохранении адыгского именослова. Автор начинает книгу с тревоги: более 80% имён заменены арабскими. Но проблема не только в заимствованиях. Проблема ещё и в том, что среди оставшихся исконных имён есть такие, которые лучше бы забыть.

Что делать? Автор не говорит, что нужно срочно менять фамилии. Он говорит: нужно знать. Нужно понимать, откуда взялось то или иное имя или фамилия. И тогда, может быть, следующее поколение сможет сделать выбор – сохранить историю (какой бы горькой она ни была) или оставить её в прошлом.

Раздел об унизительных именах и поздно пришедших фамилиях – самый трагический в книге Алия Черкесова. Он показывает, что адыгская антропонимика – это не только поэзия («Солнышко», «Блестящие глаза»), но и проза жизни, полная боли, несправедливости и социального неравенства.

И в этом – огромная ценность труда автора. Он не идеализирует прошлое. Он показывает его таким, какое оно есть – со светлыми и тёмными сторонами. Чтобы, зная правду, мы могли строить будущее более осознанно.