Народно-поэтическое творчество и народные традиций адыгов

Народно-поэтическое творчество и народные традиций адыгов

Народно-поэтическое творчество и народные традиций адыгов
Важным показателем развития советской этнографической науки является развертывание в стране большой исследовательской работы по изучению семьи и семейных отношений. Известно, что семья, как важнейшая социальная ячейка, живет и изменяется вместе с обществом. Еще Маркс отмечал, что семья «должна развиваться по мере того, как развивается общество, и должна развиваться по мере того, как изменяется общество. Точно так же, как это было в прошлом. Она представляет собой продукт общественной системы».
Социально-экономические и культурные перемены, происшедшие в нашей стране за годы Советской власти, не могли не подвергнуть семью значительным изменениям. Поэтому изучение процессов развития семьи, ее тенденции остаются в центре внимания советской этнографии. Как отмечает С. А. Токарев, «проблемы современной семьи (и в буржуазном, и в социалистическом обществе), тенденции ее изменений в ближайшем и более отдаленном будущем — это вопросы, задевающие самые глубинные сферы человеческой жизни»2. Их исследование важно и потому, что семья, по словам Л. М. Дробыжевой, «передает не только давно стабилизировавшиеся, бытующие в ней привычки, обычаи и обряды, но и социо-нормативную культуру современного общества, которую она аккумулирует и «воспроизводит»3. Незаменимым источником для выяснения глубинных процессов эволюционного развития семьи и семейных отношений являются семейно-обрядовые песни.
Данная работа и посвящена изучению семейной обрядности и обрядовых песен адыгов.
Песня и в частности обрядовая играла исключительную роль в жизни адыгских народов. Хорошо писал об этом А. Г. Кешев: «Быть может, не у многих народов песня запечатлена так ярко и осязательно типическими особенностями национального духа, как у адыге.
У них песня так тесно связана с жизнью и так сильно проникнута господствующим ее направлением, что если бы от племени адыге не осталось для потомства никаких других следов, кроме его песни, то по ней можно бы составить определенное понятие о жизни и деятельности этого народа».
В развитии народно-поэтического творчества и народных традиций велика была роль джегуако (джэ гуак1о), вплоть до самой Октябрьской революции являвшихся основными творцами народных песен и инструментальных наигрышей, а также своеобразным рупором общественного мнения. Джегуако — талантливые артисты из народа — играли на музыкальных инструментах, были хорошими сказителями, прекрасно знали все обычаи и нравы народа. «Можно без преувеличения сказать, что джэгуак1о являлись творцами всего ценного и истинно демократического, которым гордятся адыги (черкесы)»
Джегуако выступали против эксплуататоров в защиту интересов народа. По этому поводу Т. Лапинский писал: «Этих патриархальных певцов и почитают, и боятся. Каждое хорошее или дурное дело, мужество или трусость, себялюбие или самопожертвование, гостеприимство или скупость, красота или любовь — находят в них своих хвалителей или беспощадных сатириков»6. Ш. Ногмов пишет, что джегуако сопровождали войско, «на войну ездили всегда на серых конях, должны были сочинять стихи или речи для воодушевления воинов перед сражением. Становясь перед войском, они пели или читали свои стихи, в которых упоминали о неустрашимости предков и приводили для примера их доблестные подвиги». Со временем джегуако эволюционировали в организаторы и церемонимейстеры свадебного торжества.
Основным народным музыкальным инструментом являлся камыль (къамыл), напоминавшим по форме продольную флейту. Он назван так потому, что изготовлялся из камыша (камыль). Состоятельные музыканты заказывали себе камыль с золотой или серебряной отделкой8. Чтобы хорошо играть на камыле надобно хорошо владеть длительным ровным дыханием9. Обычно на камыле играли мужчины. В памяти народа сохранились имена многих камылистов, пользовавшихся известностью по всей Адыгее. К ним относятся Не
гуроков Мач (а. Джерокай), Хатков Шумаф (а. Хата жукай), Хоретлевы Тау и Дзеукож (а. Хакуринохабль), Дзыбов Хаджи, Арданов Тугуз (а. Мамхег), Кодже сау Бирам (а. Панахес). Обычно на свадьбе играли четыре, шесть и даже восемь камылистов под аккомпанемент трещетников (пхачичау)|и. «Пхачич, являясь ударным инструментом, держит танцующих в ровном темпе, усиливает четкость ритма, воодушевляет танцующих силой ударов»". На свадьбах еще применялся шичепщин (шык1эпщын). На этом инструменте, пользовавшемся в народе большим спросом, тоже играли мужчины. Шичепщин выдалбливался из крепкого и звонкого дерева (ольхи или груши)12 и напоминал по форме скрипку, но с двумя струнами. Струны изготовлялись из волос конскОго хвоста, от чего и произошло название инструмента (буквальный перевод: шык1э — лошадиный хвост, пщынэ — музыкальный инструмент). Со временем шичепщин и камыль были вытеснены из быта адыгов гармоникой, которая и по сегодняшний день является любимым инструментом на свадьбе и других празднествах. На гармонике играли и играют мужчины и женщины. Народ до сих пор помнит имена таких выдающихся гармонистов, как Хагаудж Магомет (а. Кошехабль), Аутлев Тхайшау и Улагай (а. Хакуринохабль), Тхугов Чатиб (а. Лакшукай), Шагуд жев Махмуд (а. 2 Красноалександровский). Материалы, связанные с джэгуако, оказали неоценимую помощь в решении поставленных в книге проблем.
Очень важно было изучить созданную в XIX в. западноевропейскими путешественниками богатую литературу об адыгах. Д. Белл14, Д. Лонгворт15, Г. Клапрот, Тебу де Мариньи17, Дюбуа де Монпере18, К. Кох19, прожившие долгое время среди адыгов, в основном среди шапсугов и натухайцев, оставили богатое литературное наследие. В их работах содержатся ценные сведения о быте и культуре адыгского народа, проливающие свет на интересующие нас проблемы. Отражение этой проблемы нашло свое выражение и в трудах русских кавказоведов — К. Ф. Сталь 20, Н. И. Карлгоф 21, Ф. В. Юхот ников22, Л. Я. Люлье23, А. О. МахвичМацкевич24, П. Невский 25, А. А. Кавецкий 26, Ф. Ф. Торнау27, В. В. Васильков28, А. Н. ДьячковТарасов 29, В.Кусиков30 и других. Основу их трудов составляют этнографические и фольклорные исследования, сделанные за период с 1850 по 1900 гг. и содержат отдельные характеристики музыкальной культуры адыгского народа.
Адыгские просветители С. ХанГирей, Ш. Б. Ногмов, А. Г. Кешев, К М. Атажукин, С. КрымГирей, Т. П. Ка шежев, П. И. Тамбиев были первыми пропагандистами адыгской национальной культуры.
Особого внимания заслуживает книга ХанГирея «Записки о Черкесии»51, которая написана на основе богатейшего фольклорного материала. Ему принадлежит первая классификация адыгских народных песен. Он разделяет их на следующие виды: жизне-описательные, песни-описания битв, плачевные песни, песни наезднические, песни колыбельные, песни, которые поют при одре раненого, песни, которые поют при языческих празднествах, песни плясовые32.
Исключительной заслугой ХанГирея является и то, что он в главе «Поэзия и музыка»53 впервые дает нотацию четырех адыгских песен: «Жизнеописательная песня Солоха»; песня «О разорении царским отрядом аула Керемзае»; «Колыбельная песня Багерсоко»; «Плясовая песня — кемляль». Эти записи положили начало изучению песенно-музыкальной культуры адыгов.
Однако необходимо заметить, что в его классификации нет трудовых, нартских и свадебных песен. Вряд ли он имеет в виду последние, говоря о плясовых песнях. Нотные записи песен даны им в одноголосном изложении без комментариев и поэтического текста.
Особо надо отметить ту роль, которую сыграл в изучении песенной культуры адыгов Ш. Б. Ногмов. Свою работу «История адыгейского народа»34 он написал на основе народных преданий и песен, так сформулировав свой исследовательский принцип: «Сказания старцев можно проверить песнями».
Солидарность с идеями III. Ногмова проявил автор анонимной статьи (полагают, что им был Адыль Гирей Кешев) «Характер адыгских песен»33, опубликованной впервые в газете «Терские ведомости». Автор подчеркивает, что главным источником для изучения истории и быта черкесов является песня. Манеру ее исполнения автор характеризует поэтично, что не мешает точности описания: «Черкесы поют обыкновенно вполголоса, не насилуя ни гортани, ни легких, потомуто в их пении не слышно визга и писклявых завываний, которые выдаются обыкновенно за несомненный признак одушевления; тогда как они то именно свидетельствуют об отсутствии истинного движения чувства. Нам кажется, что именно в этом безыскусственном, часто монотонном декламировании заключается причина весьма сильного впечатления, производимого черкесскою песнею...»30.
Важными источниками для нашей работы послужили материалы К. Атажукина, П. Тамбиева, Т. Ка шежева, опубликованные в «Сборнике сведений о кавказских горцах» (ССКГ) и «Сборнике материалов для описания местностей и племен Кавказа» (СМОМПК). Следует отметить П. Тамбиева, который опубликовал на различных адыгских диалектах множество текстов37.
В изучении и пропаганде музыкального творчества адыгов большую роль сыграли записи, сделанные русскими композиторами, побывавшими среди горцев: М. Балакиревым и С. Танеевым. Эти записи представляют для нас большой интерес.
С. Танеев после посещения Кавказа пишет статью «О музыке горских татар»38. В статье он описывает манеру песнопения, дает характеристику некоторым народным инструментам. Им записано 20 песен, большинство из которых свидетельствует о том, что адыгской народной песне были присущи элементы многоголосия.
Заслугой Танеева является и то, что он дает специальную таблицу, где показывает ладовые особенности и, подводя итоги, пишет: «В них (песнях) встречаются хроматические изменения, не вполне соответствующие величине наших интервалов. Я слышал повышение и понижение менее, чем на 1/2 тона»39.
Усилиями подвижников сделано немало, но планомерное собирание, публикация и исследование музыкального фольклора адыгов начинается с 20х годов XX в. С этого времени были не раз организованы этно-музыкологические экспедиции. Большая заслуга в сборе полевого материала принадлежит научно-исследовательским институтам Адыгеи, Кабарды, Черкесии. В их фондах хранятся ценные научно-документированные материалы этих экспедиций.
Так, в 1931 г. в Адыгее была организована этно-музыкальная экспедиция, в которой записи песен и мелодий производились профессиональным музыкантом Г. М. Концевичем, работавшим в это время в Краснодаре. Его записи явились большим шагом в изучении музыкального творчества адыгов. Им записано более 200 песен и плясовых мелодий с точными паспортными данными. Однако, к сожалению, они до сих пор не опубликованы (хранятся в архиве АНИИ — папка №25 и 27; отчет («Записки») об этой экспедиции — в папке №103).
Необходимо отметить и недостатки записей Г. М. Концевича: песенные напевы даны в нетрадиционном фактурном изложении, которые не подтекстованы. В отдельных номерах хоровые партии расположены выше сольных, отсутствуют темповые обозначения.
Вслед за Г. . М. Концевичем большую работу по сбору музыкального фольклора адыгов провел советский композитор и музыкальный теоретик М. Ф. Гнесин,
который в 1932 году возглавил песенную экспедицию среди адыгов. М. Ф. Гнесин с большой симпатией отзывался об адыгской песне: «Музыкальное творчество
черкесов очень многогранно и ярко. Оно производит впечатление уцелевших остатков довольно высокой народномузыкальной культуры, длительно находившейся в состоянии захирения и лишь теперь возрождающейся и обещающей вырасти в крупное художественное явление»40. По предложению Адыгейского научноис следовательского института профессор А. Ф. Гребнев, изучив ранее собранный музыкальный фольклор, издает в 1941 году в Москве первый сборник адыгейских народных песен41. В сборник вошли песни всех важнейших жанров: песни нартского героическою эпоса, историкогероические песни, песниплачи, бытовые песни, целебные, трудовые, любовные, свадебные, колыбельные, шуточные, детские, песни о животных и птицах. «Настоящим сборником,— писал А. Гребнев,— отнюдь не исчерпывается музыкальное творчество адыгейского народа, как сохранившееся в народной памяти от старого времени, так и создаваемое в наше время свободным народом Адыгеи».
К, достоинствам сборника следует отнести не только его полноту: автор сопроводил песни аннотациями.
Вместе с тем, он не лишен недостатков: музыкальные записи сделаны на слух, без соответствующей аппаратуры, не во всех нотациях хоровых песен зафиксированы голосовые партии солиста и хора; часто записана только партия солиста. Во многих песнях подтекстованы только начальные слова. Но тем не менее, работа А. Ф. Гребнева представляет определенную научную ценность.
В послевоенное время продолжается сбор и изучение народно-музыкального творчества адыгов, в нем принимают участие местные фольклористы исследователи Кардангушев 3. П., Гадагатль А. М., Шу Ш. С., Аутлева С. Ш., Налоев 3. М., Чич Г. К.
В 5060х годах А. М. Гадагатль впервые создал в АНИИ фонотеку, где сосредоточил песни в количестве 445 названий, записанные с помощью магнитофона от выдающихся современных певцов и сказителей Адыгеи, Кабарды, Черкесии, Причерноморской Шапсугии, а также в аулах Успенского района (Шхащефиж, Бэч мизий, Кургокой). Эти записи представляют собой непреходящую ценность для науки. Такие талантливые адыгские певцы, как Кувай Зафес, Хамтаху Аюб, Сха ляхо Алий, Хавпачев Амирхан, Тлепий Битлеустен, Ордоков Мирзабеч, Усий Чешук, Ачегу Ибрагим, Хат ко Теучеж, Тлиф Чеч, Хушт Ибрагим, Шерех Мерем, братья Ибрагим и Салих Джамирзе и многие другие уже ушли из жизни, а их творчество сохраняется для культуры.
В настоящее время в фонотеках Адыгейского, Кабардино-Балкарского и Карачаево-Черкесского НИИ накоплено много тысяч записей песен и пщынатлей, ждущих специалистов исследователей адыгской музыкальной культуры.
Особо следует выделить многотомное научное изда. ние «Народные песни и инструментальные наигрыши адыгов»43, подготовленное к печати Кабардино-Балкарским научноисследовательским институтом, в частности сотрудниками института Кардангушевым 3. П., Барагуновым В. X., Налоевым 3. М., Иваноковым Н. Р., Шортановым А. Т., Гутовым А. М., Гукемухом А. М., проделавшим большую собирательскую и научно-исследовательскую работу. Песни, вошедшие в это антологическое издание, были собраны во время многочисленных экспедиций на территории Адыгейской и Карачаево-Черкесской автономных областей, Кабардино- Балкарской АССР, Курского района Ставропольского края, Туапсинского, Лазаревского, Новокубанского, Успенского районов Краснодарского края.
Особо следует отметить главного редактора покойного проф. Е. В. Гиппиуса, чьи научно текстологические идеи легли в основу этого издания.
Издание Кабардино-Балкарского НИИ по праву считается первой строго научной публикацией народных песен и инструментальных наигрышей: все нотные и текстовые записи являются научными транскрипциями магнитофонных записей, выполненными специалис тами музыковедами и лингвистами.
* * *
Итак, мы вкратце охарактеризовали состояние изучения музыкального фольклора адыгов. Но предмет нашего исследования требует внимания и к трудам этнографов, посвященным изучению семейного быта адыгов второй половины XIXначала XX в.
Здесь прежде всего обращают на себя внимание труды советского ученого И. И. Муравьева44, содержащие достоверные сведения, интересные для нашего исследования, и материалы Шапсугской экспедиции МГУ45. Необходимо назвать и коллективную монографию «Адыгея»46.
С 50х годов начинают появляться исследования по истории и этнографии адыгов, содержащие ценные материалы по интересующей нас теме. Это коллективные труды «Очерки истории Адыгеи»47, «История Ка барды»48, «Адыги»49, «История КБАССР»00, исследования Е. Н. Студенецкой51. Т. Т. Шиковой52, С. А. Токарева53, В. К. Гарданова54, А. М. Гадагатля55, Г. X. Мам бетова56, И. X. Калмыкова57, Я. С. Смирновой08, Б. X. Бга жнокова59, X. М. Думанова60, М. И. Мижаева61, С. С. Кир жинова62. Богатый материал по теме содержится в ряде этнографических работ М. А. Меретукова, который впервые описал и разработал проблему семьи и брака и духовную культуру адыгов63. Также следует отметить монографические работы С. X. Мафедзева, в которых автор отражает многие важные вопросы по интересующей нас проблематике 64.
Помимо упомянутых выше источников, автор опирается на многочисленный полевой материал, собранный им в аулах Адыгейской автономной области, Туапсинского и Лазаревского районов Краснодарского края.
Это дало возможность выявить вариативные особенности бытования изучаемых празднеств в различных районах проживания адыгов.
Впервые вводятся в научный оборот тексты и нотации 26 обрядовых песен, неизвестных в специальной литературе.
В предлагаемой работе внимание автора сосредоточивается на песнях свадебных и детских обрядов, на более широкое освещение малоизученных вопросов этой большой проблемы.
Работа содержит описание, систематику, функциональный и музыкальный анализ песенного материала, сделана попытка по песням реконструировать структуру и назначение некоторых исследуемых обрядовых форм.
Автор выражает глубокую благодарность кандидату филологических наук 3. М. Налоеву, докторам исторических наук М. В. Кантария, Ш. Д. ИналИпа, Б. X. Бгаж нокову, доктору филологических наук В. А. Гвахария и кандидату исторических наук X. М. Думанову и всем тем, кто оказал содействие в подготовке этой работы к изданию, будет весьма признателен всем, кто пришлет свои замечания, предложения и, советы.
1 Маркс К. Конспект книги Льюиса Г. Моргана «Древнее об щество»//Архив К. Маркса и Ф. Энгельса.— T, IX.— 1941.— С. 37.
2 Токарев С. А. Обычаи и обряды как объект этнографического исследования//СЭ.— 1980.— С. 33.
3 Дробыжева Л.М. Роль семьи в этнокультурных процессах в условиях социализма//СЭ.— 1980.—№ 3.—С. 136.
4 Кешев АдыльГирей. Характер адыгских песен//Избран ные произведения адыгских просветителей.— Нальчик: Эльбрус, 1980.—
X. 23—24. ‘ :
5 LLI о р т а н о в А. Т. Театральное искусство КабардиноБалкарии.— Нальчик, 1961.— С. 15.
6 Ла пинский Т. Горские народы Кавказа и их борьба против русских за свободу//3аписки императорского русского географического общества,— Кн. I,— СПб, 1864, отд. библ. и критики,—С. 33.
7 Ногмов Ш. Б. История адыгейского народа.— Нальчик: Эльбрус, 1982,— С. 54.
8 Ш у Ш. С. Музыка и танцевальное искусство // Культура и быт колхозного крестьянства Адыгейской автономной области.— М.— Л., 1964,— С. 182.
9 Гребнев А. Ф. Адыгэ орэдхэр. Адыгейские (черкесские) народные песни и мелодии.— М.— Л., 1941.— С. 209.
10 Меретуков М. А. Свадьба и свадебная обрядность адыгейцев в прошлом и настоящем//УЗ АНИИ.— Майкоп, 1974.— Т. XVII.— С. 362.
11 Гребнев А. Ф. Указ соч.— С. 210.
12 Ш у Ш. С. Музыка и танцевальное искусство.— С. 184.
13 Меретуков М. А. Свадьба и свадебная обрядность...— С. 364.
14 Джемс Белл. Дневник пребывания в Черкесии в течение 1837, 1838, 1839 гг.//Адыги, балкарцы, карачаевцы в известиях европейских авторов XIII—XIX вв. Составление, редакция переводов, введение и вступительные статьи к текстам. В. КГарданова — Нальчик: Эльбрус, 1974.— С. 458—590. (В дальнейшем — АБКИЕА).
|S Лонгворт Дж. А. Год среди черкесов//АБКИЕА.— С. 534—584.
16 Клапрот Г. Ю. Путешествие по Кавказу и Грузии, предпринятое в 1807—1808 гг.//АБКИЕА.— С. 236—281.
17 Тебу де Мариньи. Путешествие в Черкесию в 1818 году// АБКИЕА,— С. 291—321.
18 Дюбуа де Монпере. Путешествие по Кавказу к черкесам и абхазцам, в Колхидию, Грузию, Армению и в Крым//АБКИЕА.— С. 435—457.
Кох Карл. Путешествие по России и в кавказские земли // АБКИЕА,— С. 585—626.
20 Сталь К Ф. Этнографический очерк черкесского народа//КС,
1900, —Т. XXI.
21 Карлгоф Н. И. Восточный берег Черного моря//Военноста тистическое обозрение Российской империи,— СПб, 1853,— Т. XVI.—
Ч. 10.'
22 Юхотников Ф.В. Свадьба у кавказских горцев//ЛОМВ,
1856, № 151; Его же. Похороны и тризна у кавказских горцев; Там же,
1857, —№ 61.
23 Л ю л ь е Л. Я. Черкесия, Историкоэтнографические статьи.— Краснодар: Обво изучения Адыгейской АО, 1927.
24 МахвичМацкевич А. О. Абадзехи, их быт, нравы и обы чаи//НБ, 1864,—№ 3,—С. 32.
5 Невский П. Закубанский край в 1864 г. Путевые воспоминания//^, 1868,—№ 97—98.—С. 100—101.
26 Кавецкий А. А. Первоначальное физическое воспитание у абадзехов, темиргоевцев и других племен горцев, населяющих Майкопский уезд Кубанской области//КОВ, 1879.— № 27; его же. Происхождение обычая у знатных горцев отдавать своих детей на воспитание посторонним людям; там же, 1879.— № 31.
2 ТорнауФ. Ф. Воспоминания русского офицера//Русский вестник,—СПб, 1864,—№ 11 —12,—Т. 54,—Гл. IX.
28 Васильков В. В. Очерк быта темиргоевцев//СМОМПК,
1901, — Вып. XXIX.
29 ДьячковТарасов А. Н. Мамхеги//ИКОРГО, вып. 14, 1801; его же. Абадзехи (историкоэтнографический очерк)//ЗКОРГО,
1902, — Кн. 22.— Вып. 4.
30 Кус и ко в В. О поэзии черкесов//СГВ, 1961.— № 1—2.
31 ХанГирей. Записки о Черкесии.— Нальчик: Эльбрус, 1974; см. также: Черкесские предания — Избранные произведения.
32 X а н Г и р е й. Записки о Черкесии.— С. 112— 115.
33 Там же.— С. 117.
34 Н о г м о в Ш. Б. История адыгейского народа.— Нальчик: Эльбрус, 1982.— С. 36.
35 Кешев Адыль Г ирей. Избранные произведения адыгских просветителей,— Нальчик: Эльбрус, 1980.
зе Там же.— С. 1—33.
37 СМОМПК—Тифлис, 1898.— В. XXV.—С. 217—240.
38 Т а нее в А. О музыке горских татар//Памяти С. И. Танеева.—
Сборник статей и материалов под редакцией В. В. Протопопова.—
М.— Л., 1947.— С. 195—212; об этом же: Бернадт Г. С. И. Танеев.—
М.— Л., 1950.— С. 108—111.
39 Танеев А. Указ. соч.—С. 195—212. См. также Чич Г. К О музыке адыгов//Адыгский фольклор. В двух книгах,— Кн. 1.— Майкоп, 1980.— С. 135.
40 Гнесин М. Ф. Черкесские песни//Народное творчество.— № 12, 1937,—С. 29—33.
41 Адыгэ орэдхэр. Адыгейские (черкесские) народные песни и мелодии. Составитель Гребнев А. Ф.— М.— Л., 1941.
42 Там же. С. 9.
43 Народные песни и инструментальные наигрыши адыгов. М.: Советский композитор.— Т. 1.— 1980.— Т. 2.— 1981.— Т. 3.— 1986.
44 Муравьев И. И. Шапсугия. Медикосанитарное обследование.— РостовнаДону, 1929; Его же. Адыги, их быт, физическое развитие и болезни.— РостовнаДону, 1930.
45 Религиозные пережитки у черкесовшапсугов. Материалы Шап сугской экспедиции 1939 г.— М.: МГУ, 1940.
46 Алиев У., Городецкий Б. М., С и ю х о в С. Адыгея.— Историкоэтнографический и экономический очерк. РостовнаДону: Крайнациздат, 1927.
47 Очерки истории Адыгеи.— Майкоп, 1957.
48 История Кабарды,— М., 1957.
49 А у т л е в М., ЗевакинЕ., ХоретлевА. Адыги.— Майкоп, 1957.
>0 История КБАССР с древнейших времен до наших дней в двух томах.— М., «Наука», 1967.
г>| Студенецкая Е. Н. О большой семье у кабардинцев в XIX в//СЭ, 1950, № 2.
52 Ш и ко в а Т. Т. Семья и семейный быт кабардинцев в прошлом и настоящем. Рукопись кандидатской диссертации.— М., 1956.
53 Токарев С. А. Этнография народов СССР.— М., 1958.— С. 254—255.
54 Г а р д а н о в В. К Общественный строй адыгских народов.— М., 1967.
55 ГадагатльА. М. Героический эпос «Нарты» и его генезис.— Краснодар, 1967.— С. 129—148.
56 Мам бет о в Г. X. Материальная культура сельского населения КабардиноБалкарии (вторая половина XIX — 60е годы XX в) — Нальчик, 1971; Одежда в традициях и обычаях кабардинцев и бал карцев//Вестник КБНИИ.— Вып. 5.— Нальчик, 1971; Пища в обычаях и традициях кабардинцев и балкарцев//Вестник КБНИИ,— Вып. 6.— Нальчик, 1972; Пережиточные формы института взаимопомощи, связанные с семейным бытом кабардинцев и балкарцев в XIX — начале XX В.//УЗ КБНИИ.—Том XXVI,— Нальчик, 1974.
57 Калмыков И. X. Черкесы.— Черкесск, 1972.
“Смирнова Я. С. Семья и семейный быг народов Северного
Кавказа.— М., 1983; Воспитание ребенка в адыгейском ауле в прошлом и настоящем//УЗ АНИИ,—Т. 8.—Майкоп, 1968; Новые черты в адыгейской свадьбе//СЭ, 1962.— № 5.— С. 127—168.
59 Бгажноков Б. X. Адыгский этикет.— Нальчик, 1978; Очерки этнографии общения адыгов.— Нальчик, 1983.
б° Дум а но в X. М. Обычное имущественное право кабардинцев (вторая половина XIX — начало XX в.)//Вестник КБНИИ.— Вып. 6.— Нальчик, 1972.— С. 163.176.
ь| Ми ж а ев М. И. Мифологическая и обрядовая поэзия адыгов.— Черкесск, 1972.
62 Ки ржи но в С. С. Система воспитания адыгов (черкесов) в прошлом.— Рукопись кандидатской диссертации.— Тбилиси, 1977; О народном воспитании у адыгов//УЗ АНИИ.— Т. 17.— Майкоп, 1974.
63 Меретуков М. А. Свадебные обряды абадзехов//Материа лы по этнографии Грузии XII—XIII вв.— Тбилиси, 1963.— С. 68—95. Брак у адыгов//УЗ АНИИ.— Т. 8.— Майкоп, 1968.— С. 204—227; Культ очага у адыгов.— Там же.— С. 305—316; Калым и приданное у адыгов//УЗ АНИИ.— Т. 11.—Майкоп, 1970.— С. 181—219; Семейная община у адыгов,— Там же,— С. 220—269; Свадьба и свадебная обрядность у адыгейцев в прошлом и настоящем//УЗ АНИИ,— Т. 17.— Майкоп, 1974,— С. 349—493; Родильные обычаи и обряды//Культура и быт адыгов.— Вып. 1.— Майкоп, 1977.— С. 49—68; Семья и семейный быт адыгов в прошлом и настоящем.— Там же.— С. 3—124; Хозяйство у аДыгов//Культура и быт адыгов.— Вып. 3.— Майкоп, 1980,— С. 3—92; Семья и брак у адыгских народов,— Майкоп, 1988.
w Ма ф едзев С. X. Обряды и обрядовые игры адыгов в XIX — начале XX в.— Нальчик, 1979; Обрядовые игры в современном семейном быту кабардинцев//Этнография народов КабардиноБалкарии.— Вып. 1.— Нальчик, 1977. Очерки трудового воспитания адыгов.— Нальчик, 1985. О народных играх адыгов.— Нальчик, 1986.шаблоны для dle 11.2
Обнаружили ошибку или мёртвую ссылку?

Выделите проблемный фрагмент мышкой и нажмите CTRL+ENTER.
В появившемся окне опишите проблему и отправьте уведомление Администрации ресурса.

Добавить Комментарии (0)
Добавить комментарий

  • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
    heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
    winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
    worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
    expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
    disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
    joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
    sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
    neutral_faceno_mouthinnocent

Меню
menu