Роль черкесов в военной и политической жизни Сирии и Иордании

Роль черкесов в военной и политической жизни Сирии и Иордании

После окончания первой мировой войны и распада

Османской империи черкесская диаспора оказалась «разделенной», ее представители проживали в трех различных государствах — Турции, Сирии и Иордании. Национальная политика этих стран во многом определила характер развития диаспоры, степень участия ее представителей во внутриполитической жизни. При изучении эволюции черкесской общины в Иордании необходимо обратиться также к рассмотрению истории «черкесов» Сирии. Это позволит нам выявить общее и различное в развитии общин двух арабских стран. Турецкий опыт затронут не будет, поскольку он имеет свои особенности и значительно отличается от сирийского и иорданского сюжетов.

Как известно, в ходе первой мировой войны великие державы того времени обсуждали план возможного раздела Османской империи. Когда 29 октября 1914 г. Порта вступила в войну на стороне Германии, северокавказские мухаджиры поддержали османские власти, выступая против арабского национально-освободительного движения (282, с. 93). С 1915 г. при поддержке Великобритании была начата подготовка к восстанию в Хиджазе под руководством шерифа Мекки — Хусейна. В результате было заключено соглашение Мак-Маго-на1 — Хусейна о том, что Великобритания, на определенных условиях, согласна признать независимость арабского государства под руководством династии Ха-шимитов. При этом из пределов нового государства были исключены Ливан, Западная Сирия, Южная и Восточная Аравия (193, с. 60). В июне 1916 г. началось восстание, целью которого было создание единого и независимого арабского государства, включавшего бы не только Хиджаз, но и все арабские территории Передней Азии. 2 ноября Хусейн созвал в Мекке совет арабских шейхов, которые провозгласили его королем «арабской нации». Его сыновья Али, Фейсал и Абдалла заняли основные государственные посты2. Однако Великобритания согласилась признать Хусейна только королем Хиджаза.

В 1917 г. против турецких властей поднялись фактически все племена Сирии и Заиорданья. Войска шерифа Хусейна и эмира Фейсала выступали на стороне Антанты. После занятия в 1918 г. арабской армией Фейсала-Лоуренса Маана эмир перенес военные действия в Сирию, для того чтобы именно там поднять всеобщее восстание.

Однако еще в мае 1916 г. между ведущими европейскими державами было заключено соглашение Сайкс-Пико, решившее участь арабских провинций Османской империи3. В апреле 1920 г. на конференции в Сан-Ремо Высший совет Антанты принял решение о передаче Великобритании Ирака и Палестины (включая территорию современной Иордании), под французский контроль отошли большая часть Сирии и Ливан (180, с. 24). А в июле 1922 г. в Лондоне собрался Совет Лиги Наций, утвердивший текст мандатов на Сирию, Ливан и Палестину (193, с. 137).

В Сирии потомки северокавказских мухаджиров оказались в довольно сложной ситуации. В глазах местного арабского населения они являлись символом османского господства, что приводило к конфликтам и осложняло существование общины. Этим не преминула воспользоваться новая французская администрация, которая искала себе союзника и опору внутри государства. В 1919 г. сотрудник французских спецслужб лейтенант Колле повел активную работу среди национальных и религиозных меньшинств (северокавказцев, алавитов, армян). В монографии Б. Р. Алиева приводится собранный в ходе полевой работы материал, посвященный вербовке северокавказских мухаджиров во французские военные подразделения. В частности, он пишет, что за привлечение новых членов в воинские формирования мухаджиры получали единовременное вознаграждение в размере 25 золотых турецких лир. Жалование воинов составляло 5 лир в месяц, а через полгода службы оно достигало 13 лир золотом (121, с. 129). В условиях тяжелого финансового положения для большинства мухаджиров это было серьезным подспорьем.

Верховный комиссар Сирии Гуро (1920—1922) лично отправился в Кунейтру для переговоров с черкесскими старейшинами о формировании отрядов черкесской кавалерии в составе Специальных войск (troupes specials) (187, с. 131; 261, с. 192). Первым командиром этого полка был назначен Осман Абей, а после его гибели - кабардинец Тауфик Анзор (126, с. 75). Успех переговоров позволил генералу французской колониальной армии Ж. Катру впоследствии написать: «Эта мощная, трудолюбивая и верная колония, которую я организовал при помощи дамасского правительства, уважая ее индивидуальность, являлась фактором общественного порядка, а также одним из средств нашего влияния в Сирии» (цит. по: 195, с. 120). В 1922 г. по предложению лейтенанта Колле из мухаджиров было набрано подразделение иррегулярных войск Первый эскадрон мобильной жандармерии, командиром которого стал осетин по происхождению Осман-бек. Эскадрон был расквартирован близ г. Идлиб. К 1925 г., имея численность 150 всадников, он стал ядром французских сил оперативного назначения (121 с. 133). Впоследствии в его состав вошли представители других этнических и религиозных меньшинств, в том числе арабы-бедуины. Формой одежды для всех служила черкеска. Сменилась власть, но функции, возложенные на кавказских горцев, остались прежними. Французская мандатная администрация опиралась на национальные меньшинства (армян, северокавказцев) для того, чтобы в нужный момент использовать их при подавлении внутренних волнений (270, с. 62). Именно так произошло во время сирийского восстания 1925—1926 гг.4

В то время внутри самой северокавказской общины произошел раскол. Поводом послужило различие во взглядах относительно сотрудничества с французскими властями. Появилась влиятельная группа (дагестанцы, чеченцы и часть черкесов-адыгов), заявившая, что французы-христиане ничем не отличаются от русских-христиан. Она стала поддерживать контакты с представителями арабского националистического движения Сирии. Одновременно существовало еще две группы: профранцузская (в основном черкесы) и «националистическая» (черкесы и небольшая часть дагестанцев). К началу 1928 г. разногласия внутри общины приняли угрожающий характер (121, с. 143). Для разрешения конфликта понадобилось посредничество французских властей и старейшин трех общин.

В сентябре 1936 г. между Сирией и Францией был подписан договор, по которому мандат подлежал отмене в течение трех лет со дня ратификации. С этого момента отношения между северокавказцами и арабским населением осложнились. Так, 9 сентября 1936 г. в Кунейтре произошла вооруженная стычка между «черкесами», с одной стороны и молодыми сирийцами и дагестанцами, входившими в националистическую организацию «Дир'» («Кольчуга») — с другой (195, с. 122). С обеих сторон погибли десятки человек. Раскол и внутренняя борьба отрицательно сказались на статусе северокавказских общин в целом, поскольку, утратив единство, они уже не представляли серьезной политической и военной силы.

Националистическое крыло черкесской общины добивалось культурной автономии. Дважды, в 1933 и 1938 гг., группа черкесской интеллигенции во главе с председателем муниципалитета Кунейтры Амином Самкугом обращалась в парламент Сирии с просьбой о предоставлении им права на создание автономии, открытие национальных школ и т.п. Прошение состояло из 11 пунктов. Парламент отклонил петицию. В марте 1938 г. аналогичное прошение было передано в мандатную комиссию Лиги Наций. Однако результат оказался прежним, и одобрение получили лишь пункты, касавшиеся изучения родного языка в школах, остальные требования были отвергнуты по причине того, что черкесы не рассматривались как религиозное меньшинство (113, с. 101-102, 219-220; 186, с. 136-137).

С начала второй мировой войны Сирия жила в режиме чрезвычайного положения. Правительство Виши, созданное в 1940 г. в оккупированной немецкими войсками Франции, назначило верховным комиссаром Сирии и Ливана генерала Денца, наделив его всеми необходимыми полномочиями. Однако отдельные французские части переходили границу и сосредотачивались в Трансиордании, где собирались части английской армии и войска «Свободной Франции»5. Командующий Специальными войсками полковник Колле призвал своих подчиненных присоединиться к войскам «Свободной Франции» (187, с. 140)6. Большинство последовало его призыву. В их числе был и «черкесский» эскадрон. Таким образом, в тот период «черкесы» выступили на стороне антифашистской коалиции.

В годы второй мировой войны активизировалось арабское освободительное движение. В Сирии националистические партии и кружки («Арабское возрождение», «Партия народа» и др.) стали требовать отмены французского мандата. Ряд влиятельных «черкесских» военных перешел на сторону арабских националистов. Так, один из офицеров «черкесского» эскадрона - Исхан Шурдум — сформировал отряд «черкесских» добровольцев, который участвовал в столкновениях с французскими войсками (187, с. 141 — 142). 17 апреля 1946 г. все иностранные войска покинули территорию Сирии. Тогда в местечке Саббура близ Дамаска состоялось собрание всего личного состава «черкесских» частей. На нем было принято решение о добровольном вхождении в состав Сирийской национальной армии (121, с. 135).

Несмотря на предпринимаемые шаги, политическая ситуация складывалась не в пользу северокавказских горцев. Арабские националисты все также обвиняли их в сотрудничестве с французскими колониальными властями. В такой обстановке был созван общечеркесский съезд для обсуждения сложившейся ситуации. Единства в рядах участников не было. Группа горцев во главе с Амином Самкугом настаивала на необходимости предъявить правительству Сирии требование о предоставлении черкесам-адыгам статуса национального меньшинства. Большая по численности проарабская группировка выступила против такого предложения, дабы не обострять античеркесские настроения в стране. Она предложила объявить адыгов частью сирийского народа. Эту идею поддержал и президент страны Шукри ал-Куатли (1891-1967) (187, с. 143).

Вскоре политическая ситуация изменилась как в Сирии, так и на всем Ближнем Востоке. Согласно решению Генеральной Ассамблеи ООН (от 29 ноября 1947 г.) 14 мая 1948 г. на территории Палестины было образовано государство Израиль. Арабы Палестины при поддержке арабских стран отвергли это решение, и объединенные войска Трансиордании, Ирака, Египта, Сирии и Ливана вступили на территорию Палестины. Сирийское командование обратилось к черкесской общине с призывом поддержать сопротивление арабов. Комплектованием отрядов «черкесских» добровольцев занимался Исхан Шурдум и бывший офицер Специальных войск Джевад Анзор (187, с. 144—145). Черкесы и представители других северокавказских общин участвовали во многих сражениях той войны и понесли немалые потери. То, что они с готовностью восприняли призыв арабских властей и поддержали арабов в этой войне, способствовало налаживанию более открытых отношений и тесных контактов между арабским и «черкесским» населением Сирии.

В послевоенное время положение в Сирии было нестабильным, неоднократно в результате переворотов к власти приходили военные. Поскольку потомки северокавказских мухаджиров имели значительное влияние в армии, то различные политические силы старались привлечь их на свою сторону и заручиться их поддержкой. Первым в этой цепи событий стал переворот, организованный Хусни аз-Заимом 30 марта 1949 г. Курд по происхождению, он назначал на командные посты в армии и на высокие должности в административном аппарате преимущественно «черкесских» и курдских офицеров (270, с. 98). Последним был переворот Адиба Шишкели (19 декабря 1949 г.), руководившего страной до 1954 г. В период его нахождения у власти «черкесы» и курды планомерно увольнялись почти со всех ведущих административных и военных должностей (см. подробнее: 204), что существенно повлияло на их позиции.

Арабо-израильская война 1967 г. внесла серьезные изменения в положение черкесской общины. Главный удар израильских войск пришелся по Голанским высотам, являвшимся местом компактного проживания адыгов. Кунейтра была подвергнута бомбардировке. Адыгские беженцы устремились в Дамаск, где при поддержке Черкесского благотворительного общества их временно разместили в школах, больницах и других учреждениях (24, д. 1). Помимо этого, к положению беженцев проявило интерес правительство США: через Фонд Толстого всем желающим было предложено покинуть Сирию и обосноваться в США в городе Паттер-сон, штат Нью-Джерси (14, д. 43, л. 1). Там размещалась колония, основанная после окончания второй мировой войны иммигрантами из республик Северного Кавказа — бывшими военнопленными фашистской Германии и коллаборационистами. Предложение американского правительства приняло около тысячи беженцев. С этого момента начался процесс иммиграции сирийских адыгов в США, который отчасти продолжается до сих пор (263, с. 114).

Основная же масса черкесов-адыгов с Голанских высот обосновалась в Дамаске и его пригородах Куд-сия, Мухаджирин7, а также в селениях Марж ас-Султан и Кисуа (24, д. 2). До сих пор они вспоминают об этом событии как о своем втором переселении (первое — с Северного Кавказа) (19, д. 7).

Что касается Иордании, то в этой стране история черкесской общины пошла несколько иным путем. Именно потомки мухаджиров стояли у истоков создания Иорданского государства и сыграли ключевую роль в укреплении монархии, во всем поддерживая официальную власть и долгое время оставаясь привилегированной частью общества, приближенной к королевскому двору. К концу первой мировой войны «черкесы» пользовались значительным влиянием в Аммане и близлежащих к нему селениях, так что официальным властям, турецким, а позже английским, приходилось считаться с ними.

В 1918 г. черкесский добровольческий корпус «Муджахидин» под командованием Мирза-паши принял активное участие в турецком сопротивлении англичанам. Воспользовавшись вторжением в Заиорданье британских войск под командованием генерала Аллен-би, арабское население подняло антиосманское восстание. В результате объединения арабских и британских сил Амман пал. Многие черкесы были арестованы и расстреляны как агенты османского правительства. Наиболее ожесточенное сопротивление британским войскам оказали черкесы-адыги (черкесы) поселения Вади ас-Сир, которое сопротивлялось в течение суток. После взятия села лидеры общины были арестованы и отконвоированы в Иерихон. Однако после достижения перемирия они были отпущены по амнистии (253, с. 62).

В 1920 г. Заиорданье было включено в подмандатную территорию Палестины и передано Великобритании. Верховный комиссар Палестины Герберт Самуэль (1920—1925) на собрании представителей племенной знати в ас-Салте заявил, что английское правительство будет поддерживать создание органов местного самоуправления с участием британских советников (251, с. 43). В результате в ал-Кераке, ас-Салте и Аджлуне из представителей бедуинской знати были сформированы местные «национальные правительства», часто враждовавшие между собой (154, с. 78).

В обстановке нестабильности и внутренних междоусобиц в 1920 г. в Заиорданье, в Маан, прибыл второй сын шерифа Хусейна — Абдалла с целью объединения этой территории под своим началом при поддержке Великобритании. Однако, как он пишет в своих воспоминаниях, арабы-бедуины первоначально резко отрицательно отнеслись к его приезду (115, с. 190). Местные племенные шейхи не хотели подчиняться Абдалле, ведь тогда они теряли часть своей власти в кочевых районах. В 1921 г. эмир Абдалла был вынужден направиться в Амман. Согласно материалам источников, эмир вел переговоры с лидером черкесской-адыгской общины Аммана Васфи Мирза-пашой о поддержке общиной новой власти (17, с. 4—5)8. Так, мутасарриф9 Маана Талиб Ша'бан 22 ноября 1920 г. отправил ему письмо, в котором просил «побыстрее прибыть в Маан на встречу с его высочеством эмиром Абдаллой» (17, с. 3)'°. Благодаря поддержке черкесов, в частности одного из уважаемых представителей общины Са'ида ал-Муфти, в доме которого на первое время поселился Абдалла, эмир смог начать укрепление государственной власти (273, с. 100; 283, с. 61). Его резиденция в Аммане была расположена на холме Махарра и первоначально представляла собой палаточный городок. Из адыгов и чеченцев Иордании была сформирована личная охрана Абдаллы (255, с. 83), а генерал Васфи Мирза-паша впоследствии стал другом и первым заместителем эмира (17, с. 4)11.

На состоявшейся в марте 1921 г. в Каире конференции с участием английской колониальной администрации вопрос о дальнейшей судьбе Заиорданья был одним из важнейших. На этой конференции, руководил которой министр по делам колоний Уинстон Черчилль, были пересмотрены некоторые положения палестинского мандата в отношении его действия в Заиорданье. По итогам работы конференции и при участии У. Черчилля, Абдаллы бин Хусейна, верховного комиссара Палестины Герберта Самуэля и полковника Т. Лоурен-са территория Трансиордании получила особый статус в рамках мандата на Палестину, а Абдалла бин Хусейн фактически был признан ее правителем (321, с. 653). За подобную уступку эмир признал власть верховного английского резидента в Аммане и принял английскую «помощь» в поддержании порядка и безопасности в регионе. Новый статус Заиорданья был утвержден на сессии Лиги Наций 24 июля 1922 г., а в 1923 г. Г. Самуэль официально заявил о том, что Великобритания готова признать независимое существование Трансиордании при условии выполнения английским правительством «своих международных обязательств в отношении территории посредством соглашения, которое будет заключено между обоими правительствами» (цит. по: 180, с. 29).

Через несколько лет, в 1928 г., был подписан англо-трансиорданский договор, который на долгие годы поставил Трансиорданию в зависимость от внешней политики Великобритании. Лишь 22 мая 1946 г. в Лондоне был подписан очередной договор между эмиром Абдаллой и министром иностранных дел Великобритании Э. Бевином, провозгласивший отмену английского мандата и предоставление Иордании независимости (205, с. 14). 26 мая 1946 г. эмират был переименован в Иорданское Хашимитское королевство.

В независимом Иорданском государстве остро встал вопрос о создании регулярных вооруженных сил. Опора на бедуинские кочевые племена была ненадежной из-за частых антиправительственных волнений, вспыхивавших в их среде. Нужны были войска, лояльные к государственной власти. Еще в 1920 г. в Заиорданье был направлен английский офицер Фредерик Пик (Пик-паша), который по поручению Г. Самуэля сформировал из местного населения первые армейские резервные подразделения. В их задачу входило установление эффективного английского контроля в Заиорданье (269, с. 106). Эти новые отряды послужили базой для созданного в сентябре 1923 г. Арабского легиона12 (ал-джайш ал-'араби - the Arab Legion), командиром которого стал Пик-паша, а в 1930 г. его сменил генерал Джон Багот Глабб, командовавший вооруженными силами Иордании до 1956 г. (321, с. 654). С первых дней существования Арабского легиона черкесы и чеченцы были включены в его состав и наравне с другим оседлым населением несли там службу. Они быстро продвинулись по служебной лестнице и составили значительную часть офицерского корпуса (263, с. 111). Первоначально бедуины не вошли в состав легиона, поскольку они активно выступали против новой администрации и нового режима.

Необходимость защиты границ созданного государства13 обусловила создание в 1926 г. еще одного вооруженного формирования — пограничных войск (Trans-Jordan Frontier Force), которые подчинялись верховному комиссару Палестины Герберту Пламеру (337). Таким образом, за внутреннее спокойствие отвечали части Арабского легиона, а за защиту от внешнего врага - трансиорданские пограничные войска. Служба черкесов и чеченцев в этих формированиях со временем превратилась в наследственную профессию, появились своеобразные кланы, которые прочно держали позиции в армии.
Позиции общины в политической элите страны крепли, и, согласно статье 25 первой Конституции (Основного закона) 1928 г., депутаты Парламента избирались в соответствии с законом, который должен был учитывать справедливое распределение мест (представительство) для меньшинств (100, с. 119). В том же году из 16 депутатских мест два были предоставлены черкесам и чеченцам14. Одновременно в Законодательный совет было избрано от округов: Аджлун — трое мусульман, один христианин; Балка - трое мусульман-арабов, двое черкесов и двое христианин; Керак - трое мусульман, один христианин (283, с. 97).

Однако, когда в 1930—1931 гг. Глабб-паша создал из лояльных бедуинов жандармерию Стражи пустыни (Desert Patrol), которая сыграла основную роль в умиротворении непокорных бедуинских племен, позиции генералов и офицеров кавказского происхождения пошатнулись. Именно из состава Стражей пустыни стал набираться средний и низший состав для Арабского легиона (144, с. 7).

Черкесов охотно брали на службу в органы госбезопасности и полиции. Несмотря на некоторое ослабление их позиций при дворе, и сегодня королевская охрана формируется из представителей северокавказских общин Иордании. Здесь необходимо упомянуть имя генерала Ахмада Алаутдина Арслана (чеченца по происхождению), который был дважды удостоен звания героя Иордании за выдающиеся заслуги (235, с. 46). Первым из черкесов, кто занял министерский пост был Омар-паша Хикмат (министр юстиции, 1931 — 1934 гг.) (253, с. 78; 282, с. 94). Многие представители общины занимали важные правительственные и министерские посты, а также служили в дипломатическом корпусе. Достаточно подробно об этом написано в книге Му-хаммада Хагандока «Черкесы: происхождение, история, обычаи, традиции. Эмиграция в Иорданию» (253). До настоящего времени за черкесами и чеченцами официально закреплено три места из ПО в нижней палате парламента (339). По результатам выборов в июне 2003 г. от черкесской и чеченской общин в нижнюю палату парламента вошли черкешенка Рухи Хиктам Рашид Шахалтуг, чеченец 'Усман Хамид 'Али аш-Шишани и чеченец Мухаммад Tax Йас' Арслан (325). Для сравнения, квота для христианских общин составляет девять депутатов. Чтобы наглядно представить себе степень влияния черкесов на политическую жизнь страны, следует назвать несколько значимых имен.

Ахмад Нами (1878—?) — черкес, выпускник военного училища в Стамбуле, сотрудник канцелярии турецкого султана Абдул-Хамида IT. В период французского мандата в 1926 г. был назначен главой сирийского национального правительства, в которое вошли лидеры партии «аш-Ша'б»15.

Васфи Мирза-паша (?— 1932) - черкес, герой битвы под Плевной в ходе русско-турецкой войны 1877—1878 гг., начальник османской службы безопасности городов Бейрут, Сайда и Тир, один из первых общественных и государственных деятелей Иордании.

Са'ид-паша ал-Муфти (1898—1988) - черкес, четыре раза назначался на пост премьер-министра (дважды в 1950 г., а также в 1955 г. и 1956 г.). Он также занимал несколько министерских постов, был мэром Аммана (1938), депутатом Законодательного совета (1929—1934) и председателем Сената (1963-1967, 1968—1974).

Шейх Абдал-Баки Джамо (род. 1922) - чеченец, выпускник университета аль-Азхар, впервые был избран в парламент в 28 лет и неоднократно переизбирался. Он возглавлял общественные организации: Общество исламской культуры, Дагестанско-чеченское благотворительное общество, Комитет по закяту и другие.

Мухаммад Башир (род. 1936 г.) - чеченец, бригадный генерал, замначальника генерального штаба министерства обороны (1976), министр сельского хозяйства (1984—1985) и мэр города Аммана (121, с. 253—277; 253, с. 76-100).

В работе английской исследовательницы Джейн Хакер приводятся следующие данные о количестве «черкесов» (не только собственно адыгов, но и представителей других народов Северного Кавказа), занимавших правительственные должности в Иордании в 1935—36 гг. и 1938-39 гг.



Этнический состав правительственных чиновников Иордании

На правительственных должностях 1935-36 гг. % 1938-39 п. %
Арабы, иорданцы по происхождению 422 60 539 57
Арабы, уроженцы других государств 215 30,6 313 33,1
Черкесы иорданского происхождения 43 6,1 68 7,2
Не иорданские черкесы 1 0,2 I 0,1
Европейцы 22 3,1 22 2,3
Всего: 703 945

Из таблицы видно, что в те годы процент арабов-иорданцев на правительственных должностях уменьшился за счет роста численности в них арабов — уроженцев других государств. В то же время количество «черкесов» возросло с 43 до 68 человек, т. е. на 25 человек. Это может свидетельствовать об укреплении в тот период позиции представителей черкесской общины в правящей элите Иорданского государства.

Черкесская община Иордании не осталась в стороне от событий 1948 г., повлиявших на ход истории стран Ближнего Востока. Первая арабо-израильская война 1948—1949 гг. изменила демографический и территориальный облик Иорданского королевства. В соседние с Палестиной страны хлынул поток палестинских беженцев. До начала войны население Иордании составляло 340 тыс. человек, по ее окончании оно, по некоторым данным, возросло до 500 тыс. беженцев (335). Несмотря на то что часть из них позже отправилась в соседние арабские страны, демографическая ситуация все же изменилась, и с тех пор пришлое палестинское население на Восточном берегу реки Иордан составляло численное большинство.

Палестинский фактор играл если не определяющую, то, безусловно, важную роль во внутренней и внешней политике Иорданского государства. Позиция короля Абдаллы в отношении палестинской проблемы носила двойственный характер. С одной стороны, он присоединился к многочисленным заявлениям Лиги арабских государств'6 о «единстве целей» арабских правительств в борьбе против незаконного решения о создании Израильского государства (180, с. 82). С другой стороны, в Лондоне в марте 1948 г. проходили переговоры между премьер-министром Иорданского королевства Тауфиком Абу-ль-Худой и министром иностранных дел Великобритании о будущем Палестины. Абдалла был готов признать раздел государства в случае передачи под власть Иордании арабской части Палестины. Кроме того, в декабре того же года в палестинском городке Ариха (Иерихон) была созвана конференция Национального конгресса, который возглавил давний сторонник Абдаллы мэр Хеврона Му-хаммад Али ал-Джабари. По итогам работы было заявлено о желании палестинского народа стать частью Иорданского государства (180, с. 90).

Иордания, наравне с другими арабским странами, оказывала палестинцам военную помощь. В Палестину вступили части Арабского легиона под командованием генерала Глабба. В этой войне «черкесы» сражались на обеих враждующих сторонах. Израильские адыги (черкесы) участвовали в ней в составе 7-й бригады, под командованием Бен Дункельмана, и они воевали против сирийских войск, где служили черкесы (256, с. 89—90). Израильский исследователь Ури Штендаль в своей статье «Черкесы в Израиле» пишет о том, что «с середины июля 1948 г. Галилея была освобождена в рамках операции "Депель", и с этого времени жители Кефар-Камы открыто присоединились к армии Израиля и воевали в ее составе как отдельное подразделение. Риханийа была окружена арабскими отрядами и во время операции "Хиррят" была освобождена черкесским подразделением» (242, с. 22). Таким образом, уже тогда черкесы служили в вооруженных силах Израильского государства и не поддержали арабов, несмотря на религиозную общность17.

Помимо участия в военных действиях «черкесы» Иордании оказывали посильную помощь в обустройстве патестинцев. Владея крупными земельными участками в Аммане и его пригородах, они продавали часть земель беженцам. Многие черкесские землевладельцы с охотой шли на подобные сделки, поскольку сельское хозяйство давно перестало быть для них определяющей сферой деятельности и они стремились перебраться в столицу. Вследствие урбанизации, уменьшения числа крупных землевладельцев и растраты вырученных от продажи земель средств, экономическое положение общины ухудшилось (20, д. 6). Тем не менее, по данным Мухаммада Хайра Мамсара в 50-е гг. XX в. «около 60% черкесских семей принадлежало к среднему классу, около 25% имели высокий уровень дохода, 15% имели ограниченные финансовые возможности и менее 1% были бедны» (17, с. 9)18.

В начале 1949 г. на острове Родос проходили иор-данско-израильские переговоры, на которых обсуждался вопрос о праве на распространение власти короля Иордании на всю центральную Палестину. По итогам переговоров было принято решение о передаче Иордании Западного берега реки Иордан, в правительство были включены три палестинца, и в 1950 г. завершилось объединение государств (321, с. 654).

20 июня 1951 г., при входе в мечеть аль-Акка в Иерусалиме король Абдалла был убит одним из членов палестинского движения сопротивления. После непродолжительного нахождения у власти его сына Талала на престол был возведен несовершеннолетний внук погибшего короля - Хусейн бин Талал. С его приходом к власти в 1953 г. наступила «золотая эпоха» в истории «черкесской» обшины, когда позициям ее представителей в государстве ничего не угрожало и они верой и правдой служили королевскому дому.

Тем не менее палестинский вопрос все больше влиял на внутреннюю ситуацию в стране вообще и на положение черкесской общины в частности. Особенно палестинская проблема обострилась после очередной арабо-израильской войны 1967 г., когда на территории Иордании стали создаваться военные базы и лагеря федавв|9. 13 ноября 1968 г. в Аммане прошли демонстрации палестинцев в связи с годовщиной декларации Бальфура. Постепенно их действия начали выходить из-под контроля и превращались в угрозу самому существованию Иорданского Хашимитского королевства. То и дело проводились митинги и выступления под лозунгами свержения «империалистического монархического режима и создания подлинно национального государства» (296, с. 171). Происходили стычки между солдатами иорданской армии и партизанами, членами Палестинского национального демократического движения «ал-Фатх», которым руководил Ясир Арафат. Кульминацией противостояния стали вооруженные столкновения, начавшиеся в ночь с 16 на 17 сентября 1970 г. С иорданской стороны тогда выступило 55 тыс. солдат. Палестинцы имели в своих рядах 50 тыс. бойцов, к тому же они могли надеяться на помощь Сирии и Ирака (102, с. 182). Очень скоро в руках федаев оказались важнейшие города на севере страны — Джараш, Рамта, Ирбид, Мафрак. Амман и аз-Зарка были сильно разрушены, на улицах шли бои. Со своей стороны король Хусейн бин Талал заявил об образовании в Иордании военного правительства во главе с бригадным генералом Мухаммадом Даудом, и в стране было введено военное положение (297, № 39, 1970, с. 5). В это время военным советником Хусейна бин Талала был адыг Анвар Гутоко, а военным секретарем — тоже адыг генерал-лейтенант Махмуд Шапсуг. Основу иорданской армии, брошенной на подавление восставших и уничтожение их баз, составили «черкесы» и бедуины Арабского легиона. Пехотные части в боях, как правило, не участвовали, поскольку в них проходило службу много выходцев из Палестины (296, с. 169). Если бы тогда от короля отвернулись элитные привилегированные части иорданской армии, офицерство и генералитет, то возникла бы реальная угроза свержения иорданской монархии (28, д. 10).

Гражданская война, которая обеспокоила не только арабские страны, но и СССР, Великобританию и США, завершилась подписанием 24 сентября 1970 г. между королем Хусейном бин Талалом и Ясиром Арафатом соглашения о перемирии. Оно предусматривало сокращение военных баз палестинцев и специально оговаривало, что палестинцы не будут бороться за свержение существующего режима в стране. Однако на этом противостояние не закончилось, и через год, 13 июля 1971 г., бои возобновились. Поводом послужило похищение палестинскими партизанами иорданских солдат, а также обнаружение иорданскими военными складов оружия и боеприпасов партизан. Эти волнения были подавлены за четыре дня, после того как король приказал применить против восставших артиллерию, обстрелявшую район Джараш - Аджлун (297, № 7, 1971, с. 6-7)20.

Судя по собранным нами полевым материалам, в 80-е гг. XX в. стала заметна тенденция к снижению доли представителей черкесской общины в государственном аппарате Иордании. Это может быть обусловлено как усилением конкуренции со стороны других групп иорданского общества, так и ослаблением интереса к государственно-административной и военной службе в среде черкесской молодежи. Все большее число адыгов начинает отдавать предпочтение гуманитарным и техническим специальностям, занятиям бизнесом, в том числе и на своей исторической родине. Изменения в статусе черкесов связаны и с событиями последних лет жизни короля Хусейна бин Талала. Первоначально наследником престола был объявлен младший брат короля Хасан бин Талал (р. 1946 г.). Еще в период правления короля Хусейна между ними существовало своеобразное разделение функций: Хусейн занимался внешней политикой и проблемами обороны, Хасан — внутренней политикой и экономикой. Однако 26 января 1999 г. незадолго до своей кончины король Хусейн бин Талал назначил своим наследником сына Абдаллу бин Хусейна. Существует несколько предположений, почему он принял такое решение. По одной из версий, когда король проходил курс лечения в США, Хасан превысил свои полномочия и начал перераспределять места в военных кругах, подготавливая почву для переворота. В его подготовке участвовали и некоторые офицеры черкесского происхождения. Король Хусейн узнал о том, что происходит на родине, и, вернувшись, сместил Хасана и: назначил наследником Абдаллу. Для этого были внесены изменения в Конституцию, так как по закону Иорданского Хашимитского Королевства монархом мог стать «потомок короля Абдаллы бин Хусейна, рожденный от отца и матери мусульман» (ст. 28) (100, с. 158), а у Абдаллы - мать англичанка (королева Муна). При этом были смещены со своих постов те черкесы, которые выступили на стороне Хасана (19, д. I).

7 февраля 1999 г. король скончался. 8—9 марта для выражения соболезнования в Амман прибыла делегация представителей республик Северного Кавказа и встретилась с нынешним королем Абдаллой бин Хусейном. По словам участников этой встречи, король принял их очень тепло. После официальной части они затронули вопросы о дальнейшем положении черкесов в Иордании, на что король Абдалла ответил, что продолжит дело своего отца и будет с уважением относиться к ним, поскольку «черкесы» действительно много сделали для его страны (21, д. 2). Анализируя проблему положения черкесской общины в современной Иордании, специалисты и общественные деятели высказывают разные точки зрения. Так, по мнению экс-председателя кабардино-балкарского отделения ассоциации «Родина» по связям с зарубежными соотечественниками К.К. Эфендиева считает, что черкесы были и остаются привилегированным классом иорданского общества, будучи приближенными к королевскому двору (21, д. 1). Напротив, наш респондент, профессор Адыгейского государственного университета выразил сомнение по поводу благополучного положения черкесов в этой стране, полагая, что с кончиной короля Хусейна, защитника их интересов, адыги (черкесы) оказались один на один с арабским населением, которое считает их чужаками, занявшими земли, исторически принадлежавшие арабам (20, д. 6). Подобное мнение основывается на сообщениях, полученных нашим респондентом из Иордании. Это мнение отчасти совпадает с тем, что нам приходилось слышать от черкесов во время пребывания в Иордании.

Конечно, положение черкесов не могло не измениться после кончины короля Хусейна, так как с новой властью установился и новый порядок. Тем не менее, на наш взгляд, дальнейшая судьба общины зависит, прежде всего, от нес самой, от ее способности принять необходимые меры для укрепления своего положения и налаживания мирного сосуществования с местным населением. Давление, которое может испытать община со стороны правительства Иордании, будет продиктовано внутриполитическими причинами, но в то же время будет зависеть и от влияния самих черкесов, занимающих сегодня правительственные и иные государственные должности.

www.circas.ru
По материалам сайта Адыги.RU (www.adygi.ru)
Из серии проектов НатПресс.Net (www.natpress.net)шаблоны для dle 11.2
Обнаружили ошибку или мёртвую ссылку?

Выделите проблемный фрагмент мышкой и нажмите CTRL+ENTER.
В появившемся окне опишите проблему и отправьте уведомление Администрации ресурса.

Добавить Комментарии (0)
Добавить комментарий

  • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
    heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
    winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
    worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
    expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
    disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
    joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
    sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
    neutral_faceno_mouthinnocent

Меню
menu